Книга Игра и грани, страница 45 – Марина Серова

Статья датировалась почти шестью годами назад и рассказывала о том, как двое местных бизнесменов-застройщиков, Морозов и Гринев, планировали инвестировать в развитие спортивной инфраструктуры города. Я, кстати, так и не спросила у Морозова, в какой момент он овдовел. Во время наших встреч я посчитала, что это не имеет к делу прямого отношения. И сейчас мое мнение не изменилось, хотя я поймала себя на том, что рассматриваю эту фотографию не в контексте предстоящего дела, а исключительно из человеческого, почти шпионского любопытства. Алексей был явно искренне подавлен, когда вскользь упомянул о своей потере. Глядя на эту хрупкую сероглазую женщину, я понимала почему.

В целом беглый осмотр интернета ничего конкретного мне не принес. Тем не менее я составила чуть более объемную, почти художественную картину взаимоотношений Морозова и Гринева, а также сложила в голове образ последнего: дерзкий, свой кусок не упустит, харизматичный бизнесмен, привыкший добиваться своего.

Тогда я снова открыла сайт «Факела», нашла страницу с уставными документами, которые, согласно закону, должны были находиться в публичном доступе, и принялась за самую скучную, но необходимую часть работы — скрупулезную сверку. Я сравнивала официальных спонсоров, чьи логотипы красовались на сайте, с контрагентами из договоров, которые мне предоставил Морозов.

Передо мной на экране развернулась виртуальная папка, целый цифровой лабиринт из контрактов и соглашений. Каждый файл был кирпичиком в фасаде благополучия «Факела». Сперва я пролистала основной договор с «Покровскими Львами» — объемистый PDF, прописывающий все формальности предстоящей игры, от распределения доходов с билетов до количества запасных мячей.

Ниже выстроились стандартные соглашения с подрядчиками, обеспечивающими функционирование стадиона в день матча: охранные предприятия, клининговые службы, выездные медицинские пункты, кейтеринговые компании с их раздутыми прайсами на канапе и напитки. Все четко, прозрачно и, на первый взгляд, безупречно.

Отдельной папкой лежали договоры с внешними подрядчиками, чьи услуги было так легко оценить «творчески». Файлы с именами танцевальных коллективов, приглашенных артистов для шоу в перерыве, ведущих — вот она, классическая серая зона. Именно в этих цифровых документах, где стоимость «артистического вдохновения» можно было трактовать весьма вольно, чаще всего и прятались элегантные схемы для откатов и нецелевых расходов. Я щелкала по файлам, и каждая цифра в графе «гонорар» казалась мне теперь не просто суммой, а молчаливым вопросом, на который мне предстояло найти ответ.

Просмотрев документы наискосок и сверив их со списком партнеров на сайте, я не обнаружила ничего криминального. Все выглядело чисто и прозрачно.

Тогда я принялась изучать договоры во второй раз, уже вчитываясь в каждое наименование, каждый реквизит. Мое внимание привлек один из субподрядчиков, отвечавший за организацию выступления чирлидеров. Небольшая частная компания «СИЛЬВЕР-ШОУ». Ничего подозрительного, кроме названия банка, в котором был открыт ее расчетный счет. «Волжский кредитный банк». Где-то я уже слышала это название. Совсем недавно. Я нахмурилась, заставила память работать. И вдруг — щелчок. Шестеренки в голове завертелись с бешеной скоростью. Именно там, в ВКБ, работала погибшая позавчера Ольга Воробьева. «Так, так, так… — прошептала я, откидываясь на спинку стула. — Вот ты как». Только-только я решила отложить в долгий ящик все события позавчерашней ночи, как вот они — настигли меня с другой стороны. Что ж, значит, моя профессиональная чуйка меня не подвела. И угон машины с последующим трагическим ДТП имеют к делу Морозова и Гринева самое прямое отношение. Это была не случайность. Это было звено в цепи.