Онлайн книга «Табакерка императрицы»
|
— Олег, ну не стал бы он меня сразу убивать, ему же надо про табакерку выяснить. Я бы время потянул, прикинулся, что без сознания, глядишь… — «Желательно, конечно, помучиться!»[52] – перебил Воронов фразой из любимого фильма. – Не надейся, не долго бы ты продержался. Их в Иностранном легионе специально учат пленным языки развязывать, быстро и эффективно. Твоё счастье, что лейтенант Зотов в ту подворотню по малой нужде зашёл. — Как же он гада упустил, если мастер спорта по боевому самбо? — Так и упустил. Это, знаешь ли, две разные задачи: или тебя спасать, или гада вязать. Но руку он ему все-таки вывихнул и башкой крепко об асфальт приложил – взял на «мельницу»[53] и к тебе кинулся. Думал, что ты серьёзно ранен, нужно помощь оказать. Пока понял, что у тебя только шишка на затылке, Белов и смылся. — Ничего себе шишка! – Андрей потрогал затылок и поморщился. – Хорошо, черепушка крепкая, на куски не раскололась. — Что врач сказал, сотрясение мозга есть? — Сказал: были бы мозги, было бы сотрясение, – усмехнулся Андрей. — Правильно сказал! – восхитился Воронов. — Ладно, проехали. Твой Лёва коньяк пьёт? — А кто ж его не пьёт? — Тогда с меня бутылка. — Две одну Лёве, другую мне. — По рукам. Что дальше делать будем? Воронов перестал расхаживать по комнате, взял стул, сел напротив. — Думать будем. Время на небольшую передышку у нас есть. Плечо, которое Лёва этому типу вывихнул, он вправит. В легионе их и этому учат. А вот с мордой разбитой по городу не побегаешь. Когда тебя, к тому же, вся милиция ищет. — Про разбитую морду ты не говорил. Тоже Лёва? — Лёва его об асфальт приложил, там кровь осталась – не твоя, значит, Белова. И дальше капли крови по пути отхода. Скорее всего, нос сломан. — Два коньяка твоему Лёве! – восхитился Андрей. — Одного хватит, не балуй моих оперов. — Как скажешь. Значит, ты думаешь, что на пару-тройку дней Белов заляжет? — Однозначно, выбора у него нет: ни по улицам ходить, ни попытаться выехать. Только затаиться. — А нам надо за это время табакерку найти. — Да, и после на табакерку его ловить, как карася на опарыша. — И где табакерка, мысли есть у тебя? — Ты зачем в стоматологическую поликлинику ходил? – вместо ответа спросил Воронов. — Думал, что племянник табакерку в кабинете оставил. — Вот и Белов так же думал. Но там её нет. Белов не нашёл, и мы потом все перерыли – не нашли. Значит, что? — Что? — Отвез перекупщику. — Сомневаюсь я, – покачал головой Андрей, – что племянник сразу с табакеркой к перекупщику сунулся. Деньги слишком большие, испугался бы. Если только… — Что только? — Он давно и хорошо перекупщика знал. Куда племянник из поликлиники пошёл, удалось установить? Воронов отрицательно помотал головой. — В поликлинику он пришёл около четырёх, это установлено, его два человека видели: девушка в регистратуре он у нее ключ от кабинета брал, и врач-стоматолог видел, как Климин кабинет открывал. А вот когда ушёл – никто не заметил. В пять с копейками его видели уже во дворе дома. — В шесть пришел Белов и убил сквалыгу, – подхватил Андрей. – Соседка сказала, что в шесть. — Это подтверждает судмедэксперт. Смерть наступила между половиной шестого и половиной седьмого. — Значит, всего час с небольшим был у племянника для встречи с перекупщиком. Негусто, но можно уложиться. |