Книга Криминалист 6, страница 50 – Алим Тыналин

В этом деле каждое имя на незаконченном бланке это человек, готовящийся исчезнуть. А люди, готовящиеся исчезнуть, обычно от чего-то бегут.

Допрос длился сорок пять минут. К концу Вейс сидел ссутулившись, руки обхватывали пустой стакан, голос охрип. Он рассказал все, что знал, и скорее всего, даже чуть больше, чем знал, потому что страх перед Кауфманом оказался сильнее страха перед ФБР. Именно на это я и рассчитывал.

Переориентация страха, прием, которому в семьдесят втором году не учат ни в Квантико, ни в полицейских академиях. Через тридцать лет он войдет в учебники под названием «стратегическое смещение угрозы». Сейчас это просто мой рабочий инструмент, без названия и без учебника.

Я вышел в коридор. Дэйв стоял у стены, блокнот в руках. Посмотрел на меня и сказал:

— Я сидел за динамиком и думал, тебя этому в Квантико учили?

— Конечно, — сказал я. — Конечно в Квантико.

Дэйв не стал уточнять. Просто кивнул.

— Ордер на обыск?

— Завтра утром. Показания Вейса, три конверта, квитанции из загсов, этого достаточно для любого судьи. Звони Томпсону. Нужна группа, четверо агентов, криминалист, фотограф. Обыск типографии в пятницу на рассвете, до открытия. Кауфман не должен уничтожить подвал. Правда, сначала мы устроим небольшое представление. Мини спектакль. Надеюсь Кауфману понравится.

Дэйв ушел к телефону. Я остался в коридоре, прислонившись к стене. За окном темнел балтиморский вечер, фонари на Хопкинс-плейс зажглись желтым, по мостовой проехало такси «Йеллоу Кэб», у входа в федеральное здание курил охранник в форме, огонек сигареты вспыхивал в темноте.

Рональд Элберт Дункан. Я повторил имя про себя. Потом снова отправился к Вейсу, чтобы поговорить с ним о том, что ему предстояло сделать.

Вейс все также сидел на ближнем к окну стуле, спиной к свету. Я устроился напротив, чуть сбоку. Между мной и Вейсом не лежало никаких папок, никаких документов. Просто стол и кофе.

— Аарон, — любезно сказал я. — Я прошу вас о небольшой услуге. Это в ваших интересах, если учитывать ваше положение. Завтра утром вы придете в типографию, как обычно. Принесете конверт с тремя свидетельствами, теми, что лежали у вас в саквояже. Отдадите Кауфману. Скажете, что привезли из Кливленда, все параметры подходящие. Дети сороковых годов рождения, округа разные, данные проверены.

Вейс кивнул. Руки на столе у него беспокойные, пальцы постукивали по пластику, то сцеплялись, то расцеплялись. Я заметил это.

— Аарон, вы делали это десятки раз. Приходили, отдавали конверт и уходили. Завтра надо сделать ровно то же самое. Те же слова, тот же тон, тот же жест. Единственная разница, после того как вы передадите конверт и Кауфман возьмет его в руки, вы сразу отходите к двери и остаетесь там. Не убегаете, не падаете на пол, не кричите. Просто делаете два шага назад, к выходу, и стоите. Через несколько секунд мы войдем. Все остальное наша работа.

— А если он что-то почувствует? — спросил Вейс. Голос ровный, но под ровностью чувствовалось, что он натянут до предела. — Лев умный. Он читает людей. Если я буду нервничать…

— Вы всегда нервничаете, когда приносите ему конверт. Каждый раз. Потому что каждый раз несете краденые документы через город, и каждый раз знаете, что это незаконно. Кауфман привык к вашему напряжению. Он перестал его замечать, потому что видел его двадцать пять раз подряд. Завтра ведите себя как обычно. Ничего нового.