Книга Цельсиус, страница 123 – Андрей Гуртовенко

Миланские цены в сердце Петербурга. Милый маркетинговый обман для готовых обманываться. А главное – имеющих для этого так необходимые на Невском и его окрестностях возможности.

У меня никогда не было платья такой расцветки. Даже близко никогда не бывало. Темного, глубокого, благородно-винного, насыщенно красного цвета, почти что бордо. Бюстье, полуприталенный силуэт, чуть ниже колен. Плотно прилегающее в области лифа.

Я покрутилась в примерочной. Забавно, теперь я выглядела почти как классическая блондинка. В красном платье и с крупной, намеренно подчеркнутой грудью. Не хватало только доверчиво-наивного взгляда буренки. Да накачанных гелем губ. Жаль, что оранжевое нельзя надеть, я теперь неплохо в нем разбиралась.

К такому платью обязательно нужны были туфли. Лучше черные, но непременно итальянские и дорогие. Такие, которые мама с ходу идентифицирует. Считает невидимый пятизначный ценник.

Спустя два часа и десяток примеренных пар и эта задача была решена. Известная итальянская фирма. Изящная лодочка, резкий подъем. Черная лакированная кожа. Тонкий и длинный, каким и обязан быть, каблук-стилет. Десять с половиной сантиметров, согласно информации на коробке. Стилет – удивительно точное слово. Мои ноги сразу же гипертрофированно удлинились. Линия спины стала плавной, а походка обзавелась одновременно и самоуверенностью, и балансированием на грани. Стилет – я буду на полголовы выше мамы. Ну разве это не замечательно?

В день нашей встречи я долго размышляла. Но все же решилась: агрессивный мейкап. Я делала его крайне редко. Это совершенно ни к чему, если вы по-настоящему красивы. Но сегодня был особенный день. День, когда я не собиралась ничего прятать или приберегать на потом. Я взяла в руки палетку и кисть для контурирования. В несколько быстрых движений выделила, заострила себе скулы. Затем с помощью теней и туши для ресниц увеличила глаза. Сделала их распахнутыми и выразительными. Наложила на губы двухцветный макияж из оттенков винно-вишневого с растушеванной границей. В тон платью, а как же иначе?

Съездила в салон. Сделала гладкую укладку. С аккуратным низким хвостом. Намеренно лишенная воздушности прическа подчеркнула правильные черты лица. И дополнительно акцентировала размер глаз. На войне как на войне.

Естественно, она опоздала. Пусть и не на свои обычные полчаса. Всего на каких-то двадцать минут. Только это не важно. Все это было сегодня не важно. Потому что сегодня я не позволила ей приехать позже себя. Я сидела в машине неподалеку от ресторана. И наблюдала. Терпеливо дожидалась ее появления. Когда она вошла внутрь, я отсчитала пять минут. И вышла из «Порше».

Она была обречена. В тот самый момент, когда я переступила порог ресторана. Когда она встретилась со мной глазами. Увидела меня, мое платье и туфли. Увидела меня такой, какой не видела еще никогда. Одно дело – клиники эстетической медицины. И совсем другое – молодость и естественная красота. Плюс умелый макияж, платье, каблуки и укладка. Но главное, конечно, – платье.

Удар получился такой силы, что на маму страшно было смотреть. Она поплыла. Растерялась. Совершенно позабыла все свои заготовки на сегодняшний вечер. И даже сорвалась на откровенную грубость. Сказала:

— Ты, наверное, ждешь, что я начну сейчас извиняться?