Книга Заставь меня согрешить, страница 139 – Джей Ти Джессинжер

— А что насчет того, что вы сказали друг другу в конце? Что это было?

Он смотрит на мои губы, но его взгляд поднимается выше, и встречается с моим взглядом. Эй Джей смотрит мне в глаза с обжигающей страстью.

— Я сказал ей, что она должна вернуться к Слэшу.

— И что она ответила?

— Что рада видеть меня счастливым. И я это заслужил.

Я отвожу взгляд, потому что на глаза наворачиваются слезы. Эй Джей целует меня в щеку и шепчет на ухо: — Я скажу тебе то, что ты не захочешь слышать, ангел мой, но это правда, и тебе нужно это знать.

— Что?

Он поворачивает мое лицо так, чтобы я смотрела ему в глаза.

— Долгое время она была моим единственным другом.

Мне больно это слышать, и мне невероятно грустно за него.

— Она знает о тебе? О твоем прошлом?

Он отрицательно качает головой.

— Ты единственная, кому я когда-либо рассказывал эту историю. Но она не дура; и знает, что я не из Вегаса. Но ей было все равно. Она никогда ничего у меня не просила. До тебя она была единственным человеком, с которым я чувствовал себя в безопасности.

О боже, мое сердце. Я не знаю, сколько еще оно выдержит. Дрожащим голосом я говорю: — Я не могу соперничать с ней, Эй Джей.

— Тебе и не нужно, детка. Здесь нет соперничества; я весь принадлежу тебе. Так было с самого начала.

Он снова жадно целует меня, прижимаясь ко мне всем телом. Я отстраняюсь ровно настолько, чтобы сказать: — Я больше никогда не хочу ее видеть! Пообещай мне, что больше никогда с ней не заговоришь!

Прижавшись губами к моим губам, он обещает: — Никогда. Ты — единственная, кто мне нужен.

Я цепляюсь за его плечи, когда Эй Джей поднимает меня на столешницу раковины. Его руки скользят под мое платье, задирая ткань на бедрах. Он стягивает с меня трусики и бросает их на пол.

— Да, — стону я, когда он вводит в меня пальцы. Мне это нужно. Мне нужен он. Я схожу с ума. За запертой дверью бушует вечеринка; басы громкой музыки сотрясают стены.

Я вожусь с пряжкой его ремня, дергая ее, пока она не расстегивается. Далее следует ширинку, я дрожащими руками высвобождаю его эрекцию. Эй Джей стонет, когда я обхватываю его член пальцами.

Он оттягивает мою голову назад, вцепившись рукой в мои волосы.

— На живот, детка. — Его голос хрипит от желания. Он переворачивает меня и задирает платье, обнажая ягодицы.

Я наблюдаю за Эй Джеем в зеркале, пока он смотрит на мое тело. Я вижу в его взгляде непреодолимое желание, и это одновременно успокаивает и возбуждает меня. Ему требуется всего мгновение, чтобы достать презерватив из бумажника. Затем он устраивается между моих раздвинутых ног и вводит свой твердый член в мою влажную плоть.

Наши взгляды встречаются в зеркале. Одной рукой он хватает меня за волосы, а другой — за бедро и начинает трахать меня сзади. Кто-то дергает дверную ручку. Мы не обращаем на это внимания, поглощенные наблюдением друг за другом. С каждым движением его прекрасного, твердого члена жар становится все сильнее.

Из-за двери доносится раздраженный крик.

— Эй! Есть там кто-нибудь?

Эй Джей рычит: — Уходи или лишишься своей гребаной головы.

Он толкается сильнее. Я прерывисто стону, упираясь ладонями в зеркало, чтобы оттолкнуть Эй Джея, когда он входит в меня.

Из-за двери доносится смех.

— Ладно, братан!

Раздаются два коротких одобрительных стука в дверь, а затем снова только музыка и шум вечеринки.