Книга Заставь меня согрешить, страница 39 – Джей Ти Джессинжер

Кэт прищуривается. Она оглядывает меня с ног до головы, словно ищет синяки. Я всплескиваю руками.

— Почему все думают, что раз Эрик полицейский, то он меня изобьет! — Я бросаю сердитый взгляд на Грейс. — Или сожжет крест на чьей-нибудь лужайке! От имени нашей полиции я оскорблена! Кроме того, вы, ребята, знаете его уже несколько месяцев, он просто душка.

Кэт — должна признать, с извиняющимся видом — говорит: — Мы также были знакомы с Джереми несколько месяцев, прежде чем узнали, что это он украл все твое нижнее белье. И носил его.

Грейс со своей обычной подлой логикой замечает: — И я бы не стала называть «милым» человека, который в гневе разбил твою любимую вазу только потому, что ты оговорилась. Я бы назвала его неуравновешенным, а потом вызвала бы такси и отправила его жалкую задницу домой.

— Назвать мужчину именем другого мужчины в порыве страсти — неважно, было ли проникновение, — это не просто оговорка, Грейс. Это непростительно.

— О, милая, дай мне немного передохнуть, ладно? Я называла мужчин чужими именами, когда они делали со мной что угодно — начиная от того, чтобы съесть мое «печенье», до того, чтобы трахнуть меня в задницу! Этому парню просто нужно стать более толстокожим.

Я со стоном опускаю голову на стол и закрываю лицо руками.

Кто-то неуверенно произносит: — Извините.

Я поднимаю глаза и вижу девушку лет семнадцати с широко раскрытыми глазами, которая стоит у столика, сжимая в руках свернутый журнал и ручку. По стилю ее одежды и общей неопытности можно предположить, что она выросла на ферме где-то на Среднем Западе. Она с обожанием смотрит на Кэт.

— В-вы Кэт Рид? Визажист? Невеста Нико Никса?

Мы с Кэт переглядываемся. Ого. Это странно. Нико и Кэт еще даже не поженились, а она уже знаменитость. Эта девочка хочет получить ее автограф.

Грейс берет инициативу в свои руки.

— О, ее постоянно путают, не так ли, Гортензия? Я слышала, что сходство просто пугающее.

Фермерская девочка выглядит неуверенной.

— Честно говоря, — настаивает Грейс, — стала бы невеста Нико Никса ужинать в паршивом мексиканском ресторане без телохранителя? — Она снисходительно усмехается. — Я так не думаю.

Я точно знаю, что у Кэт есть телохранитель, Барни, который незаметно наблюдает за нами, стоя у кухонной двери. Зная Нико, можно предположить, что вокруг него еще с полдюжины ниндзя, которые прячутся под крышками люков или висят вниз головой на стропилах, как летучие мыши. О его стремлении защищать ее ходят легенды.

Девушка прищуривается, глядя на Кэт, а затем принимает решение.

— Ты права. Я такая глупая! — Она машет журналом в сторону Кэт. — Ты намного стройнее ее.

Она убегает. Грейс заливается смехом.

— Ой, Грейс, замолчи. Ты же знаешь, что камера прибавляет несколько килограммов, — недовольно говорит Кэт.

У нее фигура секс-символа 50-х: грудь, попа и тонкая талия, и она немного комплексует из-за этого. Лично я считаю ее красивой. Парни всегда без ума от ее форм. Стоя рядом с ней, я чувствую себя недокормленным жирафом.

— Ах, эти опасности славы! — говорит Грейс между приступами смеха.

— Может, вернемся к важной теме? В общем, что было самым ужасным в твоей истории, Хлоя?

Мне приходится сделать несколько больших глотков «Маргариты», прежде чем я набираюсь смелости заговорить.