Книга Заставь меня согрешить, страница 74 – Джей Ти Джессинжер

Сердце бешено колотится, я сажусь. Одеяло сползло до талии. Я не накрашена и одета как обычно для сна: в мальчишеские шорты и футболку, потому что мысль о том, что мне придется ждать Эй Джея в ночной рубашке, а он не придет, была невыносима. Но теперь он здесь.

Я понятия не имею, что будет дальше.

И мне все равно.

Не говоря ни слова, я откидываю одеяло с другой стороны кровати. Эй Джей не колеблется ни секунды. Он переступает порог, стягивает толстовку через голову, бросает ее на пол, снимает ботинки и забирается в постель рядом со мной. Когда он обнимает меня и прижимается ко мне сзади, я вздыхаю с таким облегчением, что мне почти больно. Некоторое время мы лежим в полной тишине. Его теплое дыхание щекочет мне затылок. Его сердце быстро и сильно бьется у меня под лопатками.

В темноте я говорю: — Спасибо.

— Не за что.

— Есть за что. Потому что я знаю, что тебе нелегко.

Эй Джей прижимается разгоряченным лбом к моей шее.

— Как ты можешь видеть меня так ясно, если больше никто не может?

Я задумываюсь.

— Не знаю. Может быть, я просто смотрю внимательнее, чем они.

Я слышу, как он сглатывает. Его большой палец двигается по моему запястью. Кончиком пальца я провожу по татуировке в виде цветка на его костяшке. На других костяшках есть еще несколько татуировок, но эта меня больше всего завораживает.

— Что означает эта татуировка? Цветок с инициалами внутри лепестков.

Этот вопрос рискованный, потому что я знаю, как Эй Джей ненавидит вопросы. Я не уверена, что услышу ответ. Но в конце концов он отвечает, и его голос звучит глухо.

— Это напоминание.

— О чем?

— Обо всех, кого я потерял.

Я замираю и считаю лепестки.

Двенадцать.

Я молчу, борясь с желанием задать ему шквал уточняющих вопросов. Он потерял двенадцать человек. Я предполагаю, что под «потерял» он подразумевает «умерли», хотя без уточнений я не могу этого доказать. Я знаю, что таинственная Александра, похороненная на Преображенском кладбище в Санкт-Петербурге, — одна из тех, кого он потерял. И родителей тоже. Я помню из Википедии, что они умерли много лет назад. Но кто остальные девять? У него не было братьев и сестер. Могут ли они быть другими родственниками? Друзьями?

В конце концов я решаю, что это не имеет значения. В прошлом Эй Джей прошел через десяток смертей близких. Я же никогда с таким не сталкивалась. Никогда. Даже мои бабушка и дедушка умерли до моего рождения. Я пытаюсь представить, что мои родители умерли, но не могу. Мы не всегда ладим, но я их люблю. И я знаю, что они любят меня. Их отсутствие оставило бы такую пустоту, которую я не могу представить чем можно заполнить. А если бы Кэт или Грейс умерли, я, вообще, была бы в отчаянии.

Внутри меня поднимается неожиданное чувство нежности. Это теплая, щемящая нежность в груди, и все это из-за мужчины, в чьих объятиях я лежу.

Я опускаю голову и нежно прижимаюсь губами к татуировке в виде цветка.

Позади меня тяжело вздымается грудь Эй Джея, который делает несколько глубоких вдохов. Он крепче обнимает меня. Затем поднимает руку, которой прижимает меня к себе, и обхватывает ею мою грудь, так что я оказываюсь в коконе из больших сильных рук. Я прижимаюсь босыми ногами к его ступням и закрываю глаза. Мое сердце медленно раскрывается, как луковица, слой за слоем.