Книга Развод в 40. Запас прочности. Компаньонка, страница 48 – Альма Смит

Когда слово дали им, Михаил Юрьевич говорил спокойно, немного занудно, сыпля ссылками на статьи. Он подал встречное ходатайство — об истребовании явки в суд самой Алисы Семёновой и о назначении судебной экспертизы, но уже за счёт средств, которые будут взысканы с истицы после доказательства фиктивности иска.

Судья, покусывая дужку очков, выслушала обе стороны и вынесла определение: удовлетворить ходатайство ответчика о назначении комплексной строительно-технической экспертизы. Расходы на неё пока возлагаются на ответчика. Следующее заседание — через три месяца.

— Это стандартная отсрочка, — шепнул Михаил Юрьевич, когда они вышли в коридор. — Экспертиза подтвердит, что работы велись нормально. Но это время. И деньги. Людмила Петровна уже перевела предоплату экспертам. Всё идёт по плану.

План. Всё теперь было по плану. Война, расписанная по пунктам.

Второй звонок, уже в такси, был от Артёма, детектива. Его голос был деловитым, но Зоя уловила в нём лёгкое возбуждение.

— Зоя Сергеевна, нам нужно встретиться. Сегодня. Нашлись кое-какие интересные детали по вашей «Алисе». И не только.

Они встретились в том же безликом кафе. Артём положил на стол старый планшет и открыл несколько файлов.

— Вот она, ваша Алиса Семёнова. Настоящая. Продавец в цветочном магазине в Мытищах. Полгода назад потеряла паспорт. Заявление в полицию написала. Квартирой в Бутово никогда не владела и знать о ней не знает. Её паспортными данными воспользовались.

— И кто? — спросила Зоя.

— Пока цепочка обрывается на фирме-однодневке, которая оформляла сделку. Но есть интереснее. Я, следуя указаниям Людмилы Петровны, покопал вокруг её бывшего зятя. И обнаружил любопытные совпадения. Фирма-однодневка, купившая квартиру на паспорт Алисы, была зарегистрирована на того же номинального директора, что и одна из компаний-прокладок в схемах вашего мужа с госзаказом. Та самая, что фигурирует в истории, рассказанной вам аудитором.

Зоя почувствовала, как по спине пробежал холодок. Две ранее отдельные линии — её личный суд и коррупционная схема Марата — внезапно пересеклись. Это уже не было совпадением.

— Вы думаете, он использовал те же каналы, чтобы организовать подставу мне?

— Я более чем уверен. Это его почерк: использовать уже отлаженные схемы. Это и авантюрно, и удобно. Но для нас это дар. Это связующее звено. Теперь ваша история с ремонтом квартиры может стать маленьким винтиком в большом деле против него. Если, конечно, мы решим это дело раскручивать.

Он посмотрел на неё оценивающе.

— Людмила Петровна говорит, что вы твёрдо в игре. Но игра становится опасной. Если он поймёт, что мы вышли на эту связь, реакция может быть непредсказуемой'.

— Я понимаю, — сказала Зоя. Её голос звучал ровнее, чем она ожидала. — Что дальше?

— Дальше я продолжаю копать. Ищу ту самую бухгалтершу с платёжным поручением. Нужно установить с ней контакт, проверить, не подстава ли это. А вы… вы продолжайте жить. Работайте. И будьте осторожнее, чем когда-либо.

Третий значимый контакт дня случился вечером. Сергей написал сообщение:

— Как настроение после суда? Если нужно выговориться — я весь во внимании. Если нет — просто спросить, не хочешь ли завтра прогуляться по ВДНХ? Без разговоров о делах. Только воздух, архитектура и мороженое.