Книга Неравный брак, страница 53 – Альма Смит

— Мы будем расти вместе, — пообещал он.

Они вернулись домой затемно. В доме пахло свежим хлебом и травами. Амина встретила их радостным возгласом:

— Вам пришла посылка из города! От вашего отца!

Вероника с удивлением взяла небольшую коробку. Внутри лежали несколько банок с витаминами, новая медицинская литература и… ее старый, потрепанный блокнот с детскими рисунками — она рисовала в нем на скучных лекциях. На дне лежала записка.

«Дорогая Ника. Надеюсь, это дошло до тебя. Детектив сказал, что ты… что у тебя все хорошо. Что ты нужна там. Я рад. Очень рад. Я купил витамины — береги себя. И книги. Ты должна закончить учебу. Ты будешь прекрасным врачом. Я люблю тебя. Папа».

Она читала эти простые, полные любви строки, и слезы текли по ее щекам. Но на этот раз это были слезы не горя, а облегчения. Ее отец был с ней. Он принял ее выбор. Он верил в нее.

Артем прочитал записку через ее плечо.

— Он хороший человек, — сказал он.

— Ты должна написать ему. Пригласить в гости, когда будет возможность.

Она кивнула, не в силах вымолвить слова. Она чувствовала, как последние оковы прошлого отпускают ее. Она была свободна. Не свободна уйти, а свободна остаться. По собственному выбору.

Ночью они снова легли вместе. Их любовь на этот раз была нежной и неторопливой. Они исследовали друг друга, узнавали заново. Не как враги, заключившие перемирие, а как любовники, открывающие новые земли.

После, лежа в его arms, Вероника слушала, как бьется его сердце. Оно билось ровно и сильно. Как надежный часовой механизм. Как сердце мужчины, который прошел через боль и одиночество и нашел в себе силы открыться снова.

— Знаешь, о чем я думаю? — прошептала она.

— О чем? — его голос был сонным и довольным.

— О том, что, возможно, неравный брак… — она сделала паузу, подбирая слова, — это не тот, где разница в возрасте или в деньгах. А тот, где изначально нет любви. Но если двум людям хватит мужества и терпения построить ее… то он может стать самым крепким. Потому что он выстрадан. Выбор осознан.

Он поцеловал ее в волосы.

— Я согласен, — прошептал он.

— Спокойной ночи, жена моя.

— Спокойной ночи, мой муж, — ответила она, впервые назвав его так без тени горечи или иронии.

Она заснула с улыбкой на губах. Ее сны были светлыми и безмятежными. Она нашла свой дом. Свой путь. И своего человека. Пусть и не того, о котором мечтала. Но возможно, того, который был ей нужен.

Мир, хрупкий и выстраданный, длился недолго. Всего несколько недель, наполненных тихими утрами, совместными вечерами и медленным, но неотвратимым сближением душ. Вероника начала позволять себе мечтать.

О будущем. О том, чтобы доучиться, возможно, заочно, и открыть маленький медпункт прямо в ауле. О детях… Мысль о детях уже не пугала ее, а вызывала тихую, теплую надежду.

Артем стал другим — более открытым, улыбчивым. Он по-прежнему был главой аула, суровым и справедливым, но в его глазах появился свет, которого раньше не было.

Он советовался с ней не только о здоровье людей, но и о хозяйственных делах, о спорах между семьями. Ее мнение стало для него важно.

Идиллию нарушили всадники.

Они появились на рассвете, трое, на запыленных, усталых лошадях. Не местные. По их потертым, но качественным черкескам, по слишком уж бесцеремонным взглядам было видно — они чужие и приехали не с миром.