Книга Вторая жена. Я выбираю ад с тобой, страница 60 – Альма Смит

— Боишься? — спросил Умар, заметив её напряжение.

— Немного.

— Правильно. Страх помогает не ошибаться. — Он обнял её. — Но помни: я буду рядом. Весь этот день я буду держать тебя за руку.

На пятый день приехала тётя Патимат.

Динара встретила её на пороге, и старушка, увидев сияющее лицо племянницы, прослезилась.

— Ну, покажись, — сказала она, оглядывая Динару с ног до головы. — Красивая стала. Счастливая.

— Тётя, спасибо вам. За всё.

— Не меня благодари. Аллаха благодари. И себя. Сама вытянула, сама не сломалась.

Они прошли на кухню, пили чай с горными травами, говорили о том, о сём. Патимат рассказывала про соседей, про кошку, которая принесла четверых котят, про весну, которая в этом году ранняя.

— А Амина? — спросила старушка осторожно. — Не тревожит больше?

— Нет. Она в другом городе. Умар позаботился.

— Правильно. Подальше от греха. — Патимат помолчала, потом достала из сумки свёрток. — Это тебе. На свадьбу.

Динара развернула — внутри оказалось старинное шёлковое покрывало, расшитое золотыми нитями.

— Это моей бабушки. Мне его мать передала. А я тебе передаю. — Патимат вытерла слезу. — На счастье. На долгую жизнь.

Динара прижала покрывало к груди. Простая ткань, а сколько в ней тепла, сколько поколений, сколько любви.

— Тётя, я не достойна…

— Достойна. Ты всех достойна. — Старушка строго посмотрела на неё. — И не смей больше говорить глупости. Ты — жена, мать, хозяйка. Ты — наша гордость.

В субботу приехала мать Умара, Раиса.

Динара напряглась, вспомнив их прошлые разговоры, но старуха была спокойна и даже приветлива.

— Я привезла фату, — сказала она, доставая длинную коробку. — Мою. Свадебную. Умар просил.

Внутри оказалась тончайшая кружевная фата, расшитая мелкими жемчужинами. Динара осторожно взяла её, боясь повредить.

— Она старинная, — пояснила Раиса. — Ещё моя бабушка в ней под венец шла. Передаётся от матери к старшей невестке.

— Но Амина…

— Амина не получила. — Раиса поджала губы. — Я пожалела. Чувствовала, не её. Теперь знаю — твоя.

Динара накинула фату на голову, подошла к зеркалу. Белое кружево мягко легло на плечи, жемчуг засверкал в свете ламп.

— Ты похожа на мою свекровь, — сказала Раиса тихо. — Такая же светлая. Такая же стойкая.

— Спасибо, — прошептала Динара. — Я постараюсь быть достойной.

— Ты уже.

Они обнялись, и в этом объятии Динара почувствовала то, чего ей так не хватало все эти годы — принятие. Настоящее, без условий, без задних мыслей.

Дети тоже готовились.

Фарид выучил стих, который должен был прочитать на свадьбе, и репетировал перед зеркалом каждый вечер. Амиля крутилась перед Динарой, примеряя её фату и воображая себя невестой.

— Когда я вырасту, я тоже выйду замуж за папу, — заявила она однажды.

— Нельзя, маленькая, — улыбнулась Динара. — Папа уже мой муж.

— А можно я тогда выйду за Фарида?

— Нельзя. Он твой брат.

— А за кого можно?

— Вырастешь — узнаешь.

Девочка надулась, но ненадолго — отвлеклась на куклу и забыла про вопросы.

Умар смотрел на эту сцену из дверного проёма и улыбался. Раньше в доме не было смеха. Раньше дети ходили тихими, боялись лишний раз пикнуть. А теперь — кричат, бегают, спорят. Живые.

— Ты сделала их счастливыми, — сказал он Динаре вечером, когда дети уснули.

— Это они сделали счастливой меня.