Книга Песнь Света о черничной весне, страница 84 – Кира Цитри

Тот скептически скосил взгляд на протянутый стакан, но принял. Коснувшись пальцем поверхности, Бог применил магию, делая напиток теплым. Адриан скривился. Какая мерзость!

— А Дафна стоила, когда ты укрывал ее спиной от магии моих солдат? — спросил Ниалл и пригубил сладкий напиток. Он тотчас потек по горлу обжигающей волной и оставил от себя пряность на кончике языка.

— Не сравнивай. Я люблю ее, а ты просто играешь, — фыркнул брат.

— Адриан, а ты в этом так уверен? — Ниалл внимательно посмотрел в серебристые глаза Бога. Адриан отвел взгляд. Он был уверен, что брат просто делает ему назло. Ему и в голову не приходила мысль о влюбленности.

Они сидели в тишине, каждый думал о своем. Лишь изредка тишину нарушало вино, разливающееся по бокалам. Ниалл вдруг спросил:

— Дафна знает где ты был?

— Да, — кивнул Бог. — Можешь порадоваться и позлорадствовать. Мы в ссоре.

Ниалл оживленно повернулся к брату, улыбнулся и подпер ладонью подбородок.

— В чем дело, Адди? Ты ее не удовлетворяешь?

Адриан мрачно стрельнул в брата взглядом и поморщился.

— Ну какой же ты…!

— Великолепный? Идеальный? Божественный? Я знаю, спасибо. А если серьезно, в чем дело? Давай так: я пять минут побуду твоим старшим братом, а потом снова начнем друг друга ненавидеть, — предложил брат.

— Я не ненавижу тебя, Ниалл, — отмахнулся Адриан.

— Неужели? Ты кому сейчас лжешь, Адриан, мне или себе?

Адриан задумался: а действительно, лжет ли он? Ненавидит брата? Пожалуй, злится, негодует, не понимает почему они не могут просто наладить свои отношения, стать семьей. Но не ненавидит, больше нет. Он все еще хочет вернуть расположение старшего брата, стать частью его жизни, в которую Ниалл закрыл дверь больше двух веков назад. Катрин в их жизни больше нет, делить нечего. Бог простил сестру, теперь его очередь.

— Мы поссорились из — за ерунды. Она надела красивое платье с разрезом по ноге, я хотел максимально корректно намекнуть, что оно не подходит под формат, был уверен, что ей не стоит так одеваться на отбор наложниц. Слово за слово…в общем, она сказала, что тогда вообще никуда не пойдет. А я взял и ушел.

— Ну и дурак же ты, Адриан! — воскликнул Ниалл. — Девочка оделась для тебя. Ни для меня, ни тем более для моих будущих наложниц. Ты должен был остаться, а ты вместо этого пришел посмотреть на девчонок? Обещать скучать по тебе не буду, но цветы на могилку принесу. Синие ирисы, я верно помню?

Бог залпом осушил бокал и, поставив его на подлокотник, поднялся. Адриан хотел остановить его, поговорить еще, но вместо это сказал:

— Постарайся не разбить ей сердце, Алли.

Ниалл обернулся, серьезно посмотрел на брата, отвечая:

— Я по — другому не умею, Адриан. — И ушел, тихо притворяя за собой дверь. Ему нужно было побыть с той, которую он не забывал столько веков, пока в его жизни не появились ледяные глаза и платиновые кудряшки.

Богиня Порядка медленно прогуливалась по саду Ниалла. Она улыбалась, стоило гетерохромным глазам наткнуться на красивые бутоны роз, на порхающих вокруг цветов бабочек, на звездное бархатное небо и полную голубую луну. Она остановилась, поежившись от свежего летнего ветерка, лавирующего меж бутонов, танцующего вокруг Селены и забирающегося под тоненькое лиловое платье. Позади раздался хруст гравия под ногами и Богиня обернулась. Это был Татум — мужчина, что ранее хотел сопроводить ее в замок Адриана, когда кристалл был украден.