Книга Там, где цветёт багульник, страница 112 – Элен Скор

Вот только Анны с ней не было.

Допрос Климова ничего не дал, он отказывался с нами говорить. Тогда Николай Иванович попросил всех выйти, оставшись с Василием один на один.

Когда Иваныч позвал нас, то попросил захватить с собой ведро воды. Климов лежал на полу без сознания. Взяв ведро, сыскарь вылил воду на Василия, тот глухо застонал и открыл глаза.

— Что с ним?

— Жить будет, гнида!

Иваныч вышел на улицу, я за ним. Сыскарь прислонился к стене дома и закрыл глаза.

— Думал, больше не придётся этим заниматься… - он вздохнул, - Климов не знает где Анна. Он выстрелил в хозяйку хутора, а потом пошёл искать графиню, вот только в доме её не оказалось, хотя он сам видел, как она туда зашла.

— Где же Анна?!

— Нужно осмотреть весь хутор. Вспомни Акулину!

Ещё час ушло на то, чтобы проверить все дома, сараи и даже погреба. Анны нигде не было, она просто исчезла. За нами с интересом наблюдала парочка малых детишек, им это казалось забавной игрой. И когда я совсем уже отчаялся, крошечная девчушка с детской непосредственностью поинтересовалась:

— Не нашёл?

— Нет…

— А тётя в лес убежала, туда, - она махнула ручкой в сторону елок.

Я схватил малышку за плечи:

— Какая тётя? Куда убежала?

Но в ответ девчушка испуганно захныкала.

— Тише, ты её пугаешь!

Иваныч похлопал себя по карманам, отыскал какую-то безделицу и протянул девчушке.

— Хочешь?

Слёзы на её мордашке тут де высохли.

— Да, - закивала она головой, протягивая руку.

— Расскажи всё, что ты знаешь о тёте.

Девчушка задумалась и повторила, что она видела в окно, как тётя сняла с плетня тулуп, а потом задрала юбку и побежала в лес.

— Держи, - Иваныч отдал малышке блестящую пуговицу, и она с довольным видом убежала хвалиться.

— Похоже на правду… - сыскарь задумчиво посмотрел в сторону леса, - но городская барышня, в лесу…

— Анна сильная и смелая, - эти слова сами у меня вырвались. – Но будет лучше найти её поскорее!

— Позови Карима!

Втроём мы подошли к опушке леса. Карим велел нам остановиться, а сам принялся осматривать примятую траву, поломанную веточку. Потом вытащил из-за пазухи атласную ленту, что-то над ней пошептал. Лента затрепетала в его руках, хотя ветра вроде не было, её концы указывали в сторону леса.

— Хозяйка огня, она ушла этой дорогой. Лошадей придётся оставить. Идти пешком!

Задерживаться не стали, сейчас дорога каждая минута, лишь сняли с лошадей седельные сумки, в которых хранились патроны к ружьям и другие нужные для похода вещи.

Филимона на хуторе уже не было, он уехал в деревню за знахаркой. Его жена Эвика ранена, она чудом осталась жива. Порох в патроне, которым стрелял Климов, сильно отсырел, картечь попала женщине в руку, зацепила бок, но важных органов, похоже, не задела.

Оставив лошадей старшему сыну хозяина, который проводил нас хмурым тяжелым взглядом, мы отправились в лес.

Карим шёл впереди, то и дело останавливаясь, он осматривал траву, кусты и, кажется, даже принюхивался. В отличие от него, я не видел никаких следов. Вскоре меня стала раздражать его медлительность, Анне грозит опасность, а он тут кусты обнюхивает.

— Мне кажется, нужно идти быстрее!

— Не стоит спешить, - остановился Николай Иванович, - думаю, девица не могла далеко уйти, нужно обследовать ближайшие заросли.

— Ходить туда, - махнул рукой Карим.