Книга Там, где цветёт багульник, страница 30 – Элен Скор

Макшанцев оказался торговцем средней руки. Юркий чернявый мужичок узнав, что я привезла долг, тут же рассыпался в благодарностях, зазывая меня на чай.

— Не стоит, я спешу. Лучше напишите расписку, что деньги получены и претензий вы не имеете.

— Ну, право дело, милая барышня, не стоит беспокоиться, мы были очень дружны с вашим папенькой! Зачем расписки, какие счёты между своими, неужто вы не верите мне на слово?

— Раз так, может мне не стоит отдавать вам долг?

Макшанцев похоже обиделся, но расписку в получении денег мне написал и даже демонстративно порвал долговую отца.

Что ж, одним долгом меньше. Осталось встретиться с самым главным кредитором, но ответа на письмо от Перовского так и не было.

Вернувшись домой, пообедала в пустой столовой. Полина так и не спускалась, но судя по суетившейся с банкой рассола Зойке, уже проснулась.

Потом мы с Машей гуляли. Дошли до уже знакомой чайной, немного отдохнули, взяв себе по булочке и крепкий взвар из сухофруктов.

— Аннушка, ты скоро тоже уйдёшь? Как папа? – вдруг спросила сестра.

— О чём ты, милая?

— Я слышала, Зойка говорила Потап Иванычу, что ты вертихвостка, подолом махнёшь, так тебя и видели!

Ох уж эта Зойка!

— Солнышко, Зойка просто ничего не знает. Мы с тобой и твоей мамой скоро поедем в далёкий-далёкий город. Это будет очень интересное путешествие. У нас будет свой дом и лошадки.

— Лошадки! – глаза малышки загорелись интересом. – Я люблю лошадок!

Посидев ещё немного за столиком, мы пошли обратно. Малышка так набегалась, что часть пути Семёну пришлось нести её на руках. Что интересно, она его совсем не боялась.

Полина так и не спускалась, горничной тоже не было. Раздев Машу, я не знала что делать, не хотелось оставлять её одну, а мне уже пора собираться.

Я заглянула на кухню, надеясь, что Зойка тут, но та как сквозь землю провалилась. Заметив меня, Потап Иванович только рукой махнул, пообещав, посидеть с малышкой.

Сегодня я собиралась особенно тщательно, Семён предупредил, что повезёт меня в место, где бывают люди с большими деньгами. Я со вздохом посмотрела на свой потрёпанный плащ, да меня в нём ни в одно приличное место не пустят!

Потом вспомнила, что видела, как Зойка чистила плащ Полины, в котором та несколько раз валялась на мостовой. Сейчас плащ сушился на кресле возле растопленного камина. Надеюсь, его ещё не убрали.

Спустившись, я воровато, осмотрелась и быстро натянув на себя чужую вещь, вышла на улицу. Пуговицы застёгивала уже на ходу.

Извозчика ещё не было, поэтому решила немного пройти вперёд, чтобы меня не было видно из окон. А вот и коляска.

— Вы рано, Анна Афанасьевна, что ж не подождали? – Семён ловко спрыгнул на мостовую.

— Захотелось немного подышать, - соврала я.

Ответ его вполне устроил, хотя от меня не укрылась скользнувшая по его губам усмешка.

— Хорошо, что вы решили ехать одна. Это не моё дело, но вашей родственнице не место там, куда мы направляемся. Вот, держите, это пригласительный билет.

Он сунул мне прямоугольную картонку.

— Госпожа Мария Михайловская приглашается… Но приглашение на одного человека!

— Вам придётся пойти одной, не оплошайте, Анна Афанасьевна.

И он начал инструктировать, как следует себя вести.

— Но эта Михайловская? Вдруг, кто-то знает её в лицо.

— Приглашение будут смотреть только на входе, дальше вы вольны назваться кем угодно.