Книга Нулевые, страница 146 – Алекс Джун

Маша мысленно прочитала молитву на всякий случай всем богам сразу, тихо отворила окно и высунула голову. Крики у входной двери продолжались, поэтому она решила не мешкать, а быстро спустилась на мусорный бак и захлопнула за собой раму. Увидев подбежавшего к ней Шурика, Маша тихо скомандовала:

— Вольно!

Она спрыгнула с бака на землю, но железный предатель тут же с грохотом опрокинулся на землю, крышка отскочила в сторону и ударилась о стену дома. Ор со стороны входной двери мигом прекратился, и Маша поняла, что влипла. Она накинула на голову капюшон и рванула к железной ограде. Ноги заплетались и двигались медленно, словно в кошмарном сне. Собака ее обогнала, черной тенью исчезая где-то за поворотом. Не помня себя, Маша подпрыгнула, цепляясь за прутья, а в спину ей уже неслись проклятия. Разъяренный незнакомец приближался. Она слышала топот ног, его сиплое дыхание и брань.

Кое-как перевалившись через забор, Маша рухнула на землю. Боли не было, ее заглушала паника. Вскочив на ватные ноги, Маша понеслась прочь, и в этот момент раздался странный хлопок, а ее бок обожгло дикой болью. Коротко вскрикнув, Маша резко свернула за ближайшее дерево, а потом перебежала на неосвещенную часть улицы, надеясь затеряться во тьме, сжимающейся вокруг нее, подобно пасти чудовища. Оборачиваться и смотреть на преследователя не было времени, поэтому Маша просто двигалась на максимальной скорости, захлебываясь обжигающе ледяным ветром и страхом, которые, казалось, заполнили все ее существо. Тело электрическим разрядом пронзала боль, но останавливаться было нельзя.

Где-то позади хрустнула ветка – ближе, чем должно было быть. Маша снова сменила траекторию, ощущая себя мышью, пытающейся скрыться во мраке от хищной совы. Во рту появился металлический привкус крови, она задыхалась от бега. Дорога, покрытая коркой льда, петляла во тьме и казалась бесконечной, она словно нарочно пыталась затормозить беглянку, чтобы бросить на растерзание хищнику. Вспомнился отец, заклеивающий ее разбитые коленки пластырем. Он говорил, что дороги любят человеческую кровь, и просил Машу быть осторожнее. Тогда она лишь посмеялась. Хищные дороги! Придумал же! Но теперь ей было не до смеха.

Влетев в лесок, Маша поскользнулась и упала прямо на снег, со всего размаху ударившись коленками об оледеневшую дорогу. Из ближайших кустов выскочил Шурик и попытался облизать ей лицо, но на нежности не было времени. Маша схватилась за бок, в котором пульсировала боль, и снова заставила себя поспешить.

Черная машина Сани стояла в кустах с выключенными фарами, едва различимая на фоне темных стволов. Маша дернула ручку, и они с Шуриком ввалились в салон. Саня тут же включил зажигание и вырулил на дорогу. Светом фар он озарил мечущийся по дороге силуэт, который вскинул руки и ринулся вперед в надежде догнать автомобиль. Саня надавил на газ, оставляя преследователя далеко позади. Им вслед раздалось несколько хлопков, но скоро все стихло.

— Это кто? Все сделала? – в панике спросил Саша, глядя на Машу в зеркало заднего вида.

— Да, документы подменила, сигналку включила, но потом явился сосед. Он заметил меня в окне и стал орать про какого-то Антоху.

— Минутку, сейчас сразу нам обоим расскажешь.

Притормозив на повороте, они подобрали Илью, и Маша коротко поведала взволнованным парням о случившемся.