Онлайн книга «Жара в Архангельске»
|
За кухонным столом сидели мужики! Весь вечер непрерывно бил по крыше дождь, Да гром гремел ужасно где-то у реки. А в доме шло веселье и гульба!!! Ещё никто не знал, что в этот миг Охотник Себастьян, что спал на чердаке, Вдруг почернел лицом, стал дряхлый как старик... — Янка, давай с нами! — крикнула Олива, проносясь мимо неё и запуская в водящего подушкой. — Я уже выросла из этого возраста, — надменно процедила та. Ребята и правда носились по тёмной квартире с восторженным гиканьем, как будто им всем было не по двадцать лет, а по десять. Только Паха Мочалыч спокойненько сидел себе под раковиной и покуривал. Да Денис, когда все перебежали от водящего в гостиную, невозмутимо так предложил: — Может, чайку? — Эх, ну давай, что ли, раздавим по кружечке, — охотно согласилась Олива. Однако не успели они выпить и пары глотков, как в комнату ворвалась толпа удирающих от водящего с криком «Шухер!» и все резко побежали прятаться... — Оооо-хот-ник! Оооо-хот-ник!!! — пел Кузька, ловко уворачиваясь от водящего Лиса, — Охотник Себастьян!!! — Ага, вот ты и попался, охотник Себастьян! Лис схватил свою жертву, но Кузька вырвался и со всего размаху, одновременно с Гладиатором вспрыгнул на диван, где сидела Яна. Не выдержав такого испытания, диван с треском проломился, и парни, вкупе с визжащей Яной, кучей-малой полетели на пол. Глава 30 Наутро в воскресенье Салтыков, сказав, что идёт на весь день к родителям, покинул съёмную квартиру, и Яна с Оливой остались одни. Яна была явно не в духе; а вот Олива, напротив, была как никогда радостна и оживлена. — Слушай, давай пиццу закажем, — весело сказала Олива, присаживаясь к Яне на кровать, — Тебе «Маргариту», или с морепродуктами, как ты любишь? — Без разницы, — хмуро ответила та. — А чё такая невесёлая? — Олива шутливо потрепала подругу по волосам. — Зато у тебя, я смотрю, радости полные штаны, — процедила Яна сквозь зубы. — А ты что, не рада моему счастью? А ещё подруга называется! — И это ты называешь счастьем? — фыркнула Яна, — Ты ж его дожала! Лицо Оливы стало серьёзным. — Да, дожала, — сказала она, — Иначе он сам никогда бы на мне не женился, и ты об этом прекрасно знаешь. — Я только одного не могу понять, — устало произнесла Яна. — Зачем надо было вчера так нажираться и устраивать дебош? Если тебе пофиг на своё здоровье и репутацию, подумала бы хотя бы о ребёнке, которого ты носишь... — Да нет никакого ребёнка, — сказала Олива. Яна оторопело уставилась на неё. — То есть, как это нет? — Так, нет и всё. — Интересное кино… — Яна даже присвистнула от неожиданности, — Получается, ты просто выдумала весь этот фарс с беременностью? Олива густо покраснела. — А что мне ещё оставалось делать? Никакие другие аргументы на Салтыкова не действовали... — Ты зациклилась на Салтыкове, — сказала Яна, — Что ты в него так вцепилась? — Я люблю его! Я не могу без него жить! — Олива едва сдерживала подступавшие к горлу рыдания, — Я хочу быть с ним, неужели ты этого не понимаешь?! — Вопрос в том, хочет ли он быть с тобой, — Яна надменно усмехнулась, — Ежу ясно, что женится он на тебе, извини, по залёту. Если он узнает, что ты его обманула, он тебе такого пенделя даст, что будешь без самолёта лететь до самой Москвы, — безжалостно докончила она. |