Книга Врач. Жизнь можно подарить по-разному, страница 26 – Аня Вьёри

— Что? – смотрит на меня невозмутимо.

— Я не могу… – запинаюсь. – Ты не должен…

— Не должен, – кивает. – Исключительно добровольная инициатива, – берется за дверную ручку.

— Марк, не надо! – хватаю карту, пытаюсь отдать.

— Кать, – оборачивается и смотрит на меня вдруг очень серьезно, – у тебя всего три дня, чтобы побаловать сына, – и ворчливо добавляет. – Вообще, хватит меня мучить этими спорами! Я с суток – спать хочу.

Распахивает дверь, уходит, а я так и стою посреди палаты оглушенная. «Тысяч сорок». «Потом еще доброшу».

Держу в руках кусочек пластика, на которых латиницей выгравировано имя отца моего сына. Всего три дня… Медленно сажусь на стул.

— Мам, дай суп! – настойчиво просит Мишутка,

Я убираю карту в карман, снова берусь за ложку. Нет! Я не могу этого себе позволить!

— Давай, мой хороший, – кормлю ребенка, а сама думаю, что плевать на приличия. Всех сейчас обзвоню!

Мишка съедает почти всю тарелку, смотрит на меня радостно и заявляет:

— Ябока дай!

Яблока… Такая простая вроде бы просьба… Не арбуз. А у меня даже слезы наворачиваются.

Умываю Мишутку, оставляю его играть с вернувшейся Люсей в детское домино и берусь за телефон.

— Алло, мам? – она просит, чтобы я ей писала, но сейчас хочу поговорить.

— Да, дочь, как вы там? – слышу приветливый, но вроде как отсутствующий голос матери.

— Мам, сегодня лучше, – набираю воздуха в легкие, чтобы попросить денег.

— Ну и хорошо! – быстро резюмирует моя мать. – Лена! Куда ты лезешь? – кричит она в сторону. – Ой, Кать, я так с ней устала! Она такая непоседа, ты не представляешь! Мне кажется, ты была намного спокойнее, вот только сегодня утром она…

— Мам, – прерываю этот монолог, – Миша есть начал, он вот твоего супа попросил и яблок.

— Я рада! – раздраженно отзывается мама.

— Мам, у меня нет ничего… – пытаюсь объяснить ей я.

— Кать! – фыркает мама. – Ты что придумала? Что я должна супа наварить и тебе в Москву везти? Или яблок?! – в ее голосе искреннее возмущение и недоумение.

— Нет, мам, но… – мнусь. – Может, хотя бы денег?

— Кать, что, курица так дорого стоит, надо за этим матери звонить? – начинает возмущаться она. – У тебя Костя хорошо зарабатывает!

— Мам, он не дает мне денег! – почти кричу я.

— Значит, плохо просишь! – резко отвечает мать. – Лена! Лена, куда ты…  Так, Кать! Ты еще чего хотела?

— Нет, мам, больше ничего, – отвечаю тихо.

Ей, кажется, все равно. Не попрощавшись, она отбивает звонок, а я так и замираю с телефоном у уха.

Вздыхаю. Набираю папу.

— Катенька! Как я рад тебя слышать! – голос отца кажется таким близким и таким далеким одновременно. – Как вы? Вас уже выписали?

Я писала ему, что мы в больнице, но без подробностей.

— Нет, пап, не выписали. Мы в онкологии. Мне деньги нужны, – говорю прямо.

— Ох, – у него сразу меняется тон, – ты точно как твоя мать. Тебе тоже только деньги нужны.

— Пап, мне ребенка кормить не на что.

— Я услышал тебя, Катя, – говорит он отстраненно. – Получу зарплату, пришлю сколько смогу. После пятнадцатого.

— Спасибо, папа, – шепчу я, но он тоже отбивает звонок до того, как я с ним прощаюсь.

Снова долго смотрю на телефон и все же решаюсь набрать мужа. Гудок. Еще. Снова гудок и… «Абонент, которому вы позвонили, занят…» Он сбросил вызов. Я стискиваю зубы, снова набираю. «Абонент выключен или находится вне зоны досягаемости». Вот так.