Книга Строгий препод, страница 8 – Рин Скай

Коля отыскивается в крохотной жилой комнатке. Тут поместились старый диван, стенка, допотопный телевизор и письменный стол, за которым сейчас и делает уроки мой сын.

Коля делает уроки. Сам. Спокойно. Без телефона.

Подхожу ближе. Почерк у сына крупный, аккуратный. Чтобы засадить Ладу за прописи нужно исполнить танец с бубнами, пообещать ей гору всего, и только потом, может быть, дочь соизволит взять ручку и тетрадь. Коля же спокойно решает пример из учебника.

— Коля, привет. — протягиваю ему руку.

— Привет. — Коля нехотя пожимает ее, и тут же прячется от меня за учебник.

— Можно, посмотрю твой дневник?

— Смотри. — кивает сын.

Лера ерзает на месте. Ей неудобно. И мне тоже неудобно. Я испытываю вину, обиду, волнение. Но все же беру дневник. Коля успел получить пятерки по Русскому языку, литературе, по труду, по истории, и несколько по математике.

— Коля, ты — молодец! — искренне хвалю сына.

Коля пожимает плечами. Зарывается в учебник еще сильнее.

— Марк, зачем ты пришел? — не выдерживает Лера.

И я принимаю решение.

— Я пришел за вами.

— Как за нами? — не поймет Лера, а Коля выныривает из книги.

— Собирайтесь, я отвезу вас в нормальную квартиру.

Лера вытаращилась на меня, испуганная и не верящая моим словам. Коля хмыкнул и взялся за ручку.

— Я серьезно говорю. Лер, собирай вещи Коли.

— Марк, спасибо, конечно, но мы останемся тут. — упрямится Лера.

— Да здесь — бомжатник! — повышаю я голос. — Ты что, не могла нормальную комнату снять?

Лера на это вспыхивает и отступает от меня:

— На что денег хватило, то и сняла!

— Я не позволю, чтобы мой сын жил в столь нечеловеческих условиях! — рявкаю я.

На мой крик показывается таракан. Мы с Лерой оба в ужасе смотрим на усатого, как тот дает деру в дырку в стене.

— Я вывожу их… — трясется голос Леры, — а они лезут… от соседей…

И я верю ей. Потому что повсюду у Леры бедно, но чисто. А от алкашей что только не прилезет…

— Собирайся, Лер. — окончательно говорю я.

Лера все еще упрямится. В глазах ее стоят слезы. Она смотрит на Колю. Обводит глазами всю убогость, в которой они живут. Натыкается на второго таракана, вздрагивает и…

— Хорошо, Марк. Я только соберу наши вещи.

ВАЛЕРИЯ КРАСОВСКАЯ

Я собираю вещи, а у самой слезы из глаз текут. Наверно, потому что я долго их сдерживала. Мне нужно было быть сильной, чтобы вытерпеть все свалившиеся на меня невзгоды.

А сейчас меня пожалели и протянули руку помощи. И я бы не приняла эту помощь от предателя, но… мне стало так жаль моего сыночка! Коля не должен жить в этом, как выразился Марк, бомжатнике. Коля не должен каждый день тратить час на дорогу в школу и обратно, и он не должен есть пустые гренки на ужин…

Поэтому я сейчас, закусив губу, чтобы не разреветься окончательно, быстро кидаю наши невеликие пожитки в дорожную сумку. От квартиры я пока отказываться не буду, хотя этот «бомжатник» съедает львиную долю моей зарплаты. Посмотрю, что нам предложит Марк. Вообще, оценю обстановку, и только потом буду «рубить с плеча». Хотя мне самой эта ужасная общага очень не нравилась, и я подыскивала более приемлемые варианты.

Мой бывший муж в этой убогой квартиренке смотрится инородным телом. Он высокий, статный, видный, хорошо одетый, хорошо пахнущий, и посреди этой разрухи с тараканами. Боже, как мне стыдно, что я оказалась на таком дне… и что самое страшное, вместе со своим сыночком.