Книга Строгий препод, страница 9 – Рин Скай

Я вытаскиваю из холодильника оставшееся на дне картонной упаковки, молоко — завтра сварю Коле кашу на завтрак, забираю лоток с несколькими яйцами, начатый батон хлеба. Вытаскиваю все приборы из розеток. Выключаю везде свет. Марк все это время стоит рядом с сыном. Именно, что стоит. Ему даже брезгливо опускаться на этот ужасный продавленный диван.

— Коля, одевайся. — протягиваю я сыночку курточку. — Марк, я все собрала.

Марк кивает, отбирает у меня дорожную сумку и молча идет вперед. Я закрываю дверь на ключ, и иду вслед за бывшим мужем. Марк, будто крейсер, прокладывающий нам с сыном путь из пучины бедности и нищеты в бухту нормальной жизни.

Я очень надеюсь на то, что мы с Колей больше никогда не вернемся в этот ужас с клопами, тараканами и алкашами.

Марк, будто светится изнутри. Он сделан из совершенно другого теста нежели чем весь местный контингент. От него и пахнет, иначе. И я так благодарна ему, за то, что он пришел и забрал нас из этого ада.

Мы выходим в холодную сентябрьскую ночь. Алкаши как всегда орут на сломанной скамейке. Мне было так стыдно за этот неполный месяц, что мы здесь живем, что Коле приходилось слышать весь этот ужас с утра до ночи. Коля не жаловался, он у меня мальчик скромный и терпеливый, но все же…

Марк пикает сигнализацией, и притаившийся огромный джип, приветственно моргает ему фарами. Глаза Коли загораются восхищением, когда он видит джип своего отца.

— Коля, садись назад. — Марк убирает розовый девчачий бустер своей дочери в багажник, и пристегивает сына ремнем безопасности. — Лера, садись вперед.

Я сажусь в роскошный кожаный салон новенького автомобиля. Панель приборов светится разноцветными огоньками, будто новогодняя гирлянда. Пахнет дорогой кожей и парфюмом. Марк уверенно садится за руль, включает климат-контроль. Блаженное тепло наполняет салон. Представляю с какой гордостью здесь восседают его новая жена и дочь в очаровательном розовом детском креслице.

— Пристегивайся. — приказывает Марк.

Я даже немного теряюсь. Никогда не ездила в таким машинах и чувствую себя неуклюжей бегемотихой в лавке с посудой.

Марк видит мою растерянность, наклоняется вперед ко мне, я вбираю запах с его пуловера, моя голова кружится от его близости. Марк возится надо мной одно мгновение, а у меня уже буря в душе. Ни с одним мужчиной я не ощущала подобного… Наши взгляды с Марком на секунду встречаются. Мне хорошо и страшно одновременно. Марк задерживается, нависая надо мной чуть больше, чем того требует закреп ремня в крепеже, а потом возвращается на свое водительское кресло.

— Куда ты нас везешь? — запоздало вспохватываюсь я.

— Домой, Лера, я везу вас домой. — спокойно отвевает Марк охрипшим баритоном.

— Куда домой? — пугаюсь я.

— Ты и Коля будете жить в нашей бывшей квартире. — поясняет Марк.

— А ты… с женой… не там разве живешь? — горько спрашиваю я.

— Нет. Мы там и не жили. — поясняет Марк. — Так квартира пустует. Дожидается… — Марк многозначительно умолкает.

— Дожидается чего? — уточняю я.

Марк через зеркало кивает на сына.

— Всему свое время, Лера. — загадочно бросает бывший муж.

ВАЛЕРИЯ КРАСОВСКАЯ

Марк открывает добротную массивную дверь нашей с ним бывшей квартиры. Отходит, пропуская нас с сыном вперед.

Я снова дома…

Полное ощущение, что я вернулась домой, после семилетнего странствия. Коля наверно тут ничего не помнит, ведь я увезло его отсюда пятилетним малышом. Теперь он с интересом вертит головой, будто видя все впервые в жизни.