Книга Строгий препод, страница 1 – Рин Скай

*Все имена, фамилии, события — вымышлены, отношения к реальности не имеют.

ВАЛЕРИЯ КРАСОВСКАЯ

— Коля! — решительно подходит Марк к сыну на линейке в школе. — Как ты вырос, сынок, как повзрослел!

Конечно, сына он в последний раз видел, когда Коле было пять, а сейчас перед ним одиннадцатилетний подросток. Сынок вытянулся, уже с меня ростом, и продолжает расти. Фигурой, да и лицом он весь в отца. Точная копия Марка.

А вот одет мой мальчик не очень. Брюки, бывшие в прошлом мае ему длинными, теперь коротковаты и смотрятся «подстреленными». Рубашка тоже не новая. Рюкзак прошлогодний. Модно и дорого одетый Марк в недоумении разглядывает сына. Ну, а что он хотел? Я только переехала в Москву, вся моя первая не очень большая зарплата ушла на съем жилья и питание. Я с трудом наскребла на дневник сыну, тетради и ручки. На новую хорошую одежду денег у меня нет.

— Привет, пап. — спокойно, без эмоций отвечает отцу сынок.

Я говорила ему, что на линейке он увидит отца. Коля помнил Марка лишь обрывками. Семь лет назад Марк прекратил с нами какое-либо общение, и поэтому Коле сейчас все равно на отца.

— Ты не рад меня видеть, сын? — хмурится мой бывший муж.

— Рад. — угрюмо отвечает сынок, а потом просто отходит от отца к своему классу.

Да уж, не очень теплый прием. И весьма показательный. Думаю, Коле сейчас больно и обидно, что его отец столько лет отсутствовал в его жизни, но виду он не подает.

— Что с ним? — сверлит меня глазами бывший муж.

Он правда не понимает, что с его сыном?

— Тебя не было в нашей жизни последние семь лет. — пожимаю я плечами. — Сын отвык от тебя.

Марк хмуро выругивается сквозь зубы.

— Лер, а почему он… почему он одет так бедно? — не поймет бывший.

Серьезно, Марк? Серьезно, ты не понимаешь, почему?! Ни алиментов за семь лет, ни одного рубля ты не перевел своему сыну, а теперь интересуешься, почему твой сын так бедно одет?!

— Получу зарплату и куплю ему все новое, — предпочитаю я не озвучивать свои мысли.

Сама я тоже одета не очень. Во-первых, я отпросилась с работы на пару часов, и меня скрепя сердцем, отпустили. Поэтому я просто в удобных джинсах, кроссовках и в серой футболке. Волосы стянула в хвост, из косметики на мне только бальзам для губ и тушь для ресниц. Да, я знала, что бывший муж будет на линейке. Но предпочла не делать прическу и не раскрашивать лицо. Зачем? У него есть красавица-жена с внешностью фотомодели. Пусть она для него старается. Мне это не нужно.

А вот, кстати и она. Пробирается к нам через толпу родителей. В элегантном офисном платье кремового цвета, в светлых лодочках на шпильках в цвет платья. На плече болтается сумочка известного бренда, глаза прикрывают очки стоимостью в три моих зарплаты. Губы-уточки накаченны гиалуронкой, идеальные светлые волосы, скорее всего наращенные, копной до талии, густые и блестящие. Запах французского парфюма, слышимый за километр. На ее месте могла бы быть я.

Хотя нет, вру. Не могла бы. Я никогда не была столь роскошной и холеной, даже в самые свои лучшие годы рядом с Марком. Но я не на ее месте, я — разведенная мать-одиночка со съемной комнатой и низкооплачиваемой работой. Завидую ли я ей? Нет. Злюсь ли я на Марка, за то, что оставил одну с ребенком и не помогал? Тоже нет. Он сделал свой выбор. Значит, ему так позволяет совесть.