Книга Пончик для Пирожочка, страница 108 – Элис Айт

Ну а если не позаботится, я ему руки повырываю.

После того как все разошлись и мистер Партинс, погасив огни в кондитерской, запер ее на новый ключ, время потянулось невыносимо долго. Улицы быстро обезлюдели. Из ближайших домов какое-то время слышался счастливый гомон, но потом окна стали темнеть. Жители ложились спать — праздник праздником, а завтра утром обратно на работу.

Все стихло. Суеверия в Шенберри были сильны — по местным поверьям, в эту ночь на улицах оставались лишь демоны. Даже кареты не тревожили затянутые тьмой дороги, только завывал ветер. Какое-то время у крылец покачивались тыквы с горящими свечами внутри, но никто не выходил, чтобы их заменить, поэтому огоньки погасли, остался только стук пустых тыквенных оболочек о стены. Я какое-то время прислушивался к этим зловещим звукам, думая о том, что они лишь поддерживают миф о лютующих силах ада, которые особенно изобретательны и коварны в праздник всех святых.

Впрочем, действительно ли это миф? Ведь и правда события сегодня подобрались под стать: то юрист с требованиями отдать долг раньше срока, то ограбление «Сладкого волшебства», и всё направлено на то, чтобы меня окончательно разорить. Что это, как не подтверждение, что злые силы не дремлют?

Хорошо, что и небесные покровители тоже не сидели сложа руки, послав мне Феррина, Нессу — и Пирожка тоже. Я зарыл руку в длинную и густую шерсть волдога, который отозвался тихим уютным ворчанием.

— Да, без тебя я бы не справился, — шепотом я признался ему. — Но нужно довести дело до конца.

Ждать я умел. Кучер пару раз спускался, предлагал пирог, взятый из «Сладкого волшебства», но я лишь подогревал нам обоим питье, а от еды отказывался. Голод пока не ощущался. Так происходило и в Танджании, когда мы с отрядом сидели в засадах — притуплялись все другие чувства, кроме тех, которые помогали вычислить приближение врага. Любое иное действие отвлекло бы меня, а мне этого не хотелось.

И наконец я дождался. Бульвар пересекла смутно различимая в темноте фигура, задержалась возле деревьев и торопливо, прижимаясь к стенам, подошла к «Сладкому волшебству». Дверь кафе открылась. Я вздохнул — если только Партинса не обокрали, забрав ключ, завтра придется опять ставить новый замок. Затем беззвучно вышел из кареты и, стараясь не обращать внимания на боль в уставшей ноге, быстро направился к заведению. Пирожок грозной тенью последовал за мной.

Новенький, блестящий замок, как и предполагалось, был вновь вырван. Неясный силуэт приблизился к кухне. Я дождался этого момента, рванул дверь на себя и щелчком зажег в торговом зале все огни.

Человек передо мной зашипел, загораживаясь от яркого света и даже не думая на меня нападать. Я хмыкнул — ну конечно, ведь скудный запас колдовской энергии уже потрачен на то, чтобы выломать замок.

— Не двигайся, — спокойно сказал я. — Шевельнешься — Пирожок расценит это как угрозу моей жизни. Он сдерживаться не умеет, а говорят, что все, кто попался на преступлении в День всех святых, отправляются сразу в ад.

— Какое еще преступление? — огрызнулся Гарт, выпрямляясь. — Разве сотрудник не может прийти на любимую работу ночью?

Я улыбнулся.

— Выломав при этом замок? Вряд ли. Как ты собирался навредить «Сладкому волшебству» в этот раз?