Книга Попаданка. Драконы. Бунт против судьбы, страница 38 – Диана Эванс

Он опустил глаза:

— Они… приглушены. Как далекий гром за горами. Я больше не чувствую связи со стаей так остро.

Той же ночью, стоя на лунной террасе, Архайон вдруг заговорил:

— Я помню тот момент… Когда она стерла себя из существования. Как черная пустота заполнила меня. — Его когти впились в каменные перила. — Я думал — вот оно, конец всему. Но теперь…

Эстрид увидела, как золотой свет в его груди вспыхнул ярче.

— Теперь я понимаю — это было не окончание. А… трансформация.

Неожиданный дар

На следующее утро Эстрид проснулась от странного ощущения. Медальон на ее шее излучал тепло в такт чьему-то сердцебиению. Она выбежала в сад — и увидела Архайона, стоящего среди розовых кустов. Его сердце пульсировало в унисон с ее медальоном.

— Что это? — она сжала амулет в ладони.

Он улыбнулся — по-настоящему, без обычной драконьей суровости:

— Связь. Теперь ты чувствуешь то, что чувствую я.

И правда — через медальон она ощущала тепло, разливающееся по груди, когда он смотрел на нее.

Вечером Дразир застал их у пруда. Он долго смотрел на преображенного Архайона, потом фыркнул:

— Ну что, сиятельный? Не слишком ли ты… очеловечился?

Архайон задумался, наблюдая, как золотые рыбки кружат у его отражения в воде:

— Я стал тем, кем должен был быть. Мостом между двумя мирами.

Эстрид взяла его лапу в свои руки:

— И тебе не страшно?

Он повернулся к ней, и в его глазах светилось что-то новое — не драконья страсть, а глубокая, спокойная уверенность:

— Единственное, чего я боюсь сейчас — забыть этот момент. Твой запах. Игру света на воде. Это… странное новое чувство, которое не имеет названия на языке драконов.

Дразир покачал головой, отходя:

— Боги, теперь мне придется терпеть двух романтичных идиотов вместо одного.

Но в его голосе не было прежней желчи. Лишь… принятие.

Когда солнце коснулось горизонта, окрасив небо в багряные тона, Эстрид и Архайон молча наблюдали закат с самой высокой башни. Его золотое сердце пульсировало в такт последним лучам, словно ведя беззвучный диалог с уходящим днем.

— Ты сожалеешь? — спросила она наконец.

Он посмотрел на свои лапы, переливающиеся в закатном свете, потом на ее лицо:

— Я сожалею лишь о том, что не нашел этот путь раньше.

И когда его крылья — теперь излучающие мягкий золотой свет — обняли ее, Эстрид поняла: перед ней стоял не просто изменившийся дракон. Перед ней стояло будущее — хрупкое, сияющее и бесконечно прекрасное в своей новизне.

Но теперь предстояла разгадать тайну и помочь драконам превращаться вновь в могущественных существ. Это дело казалось невозможным, но с Архайоном ей будет легко и спокойно.

Туманное утро окутало склоны гор, когда Эстрид шла по узкой тропе, ведущей к логову новых драконов. Архайон шел рядом, его присутствие успокаивало, но тревога все равно сжимала сердце. Она знала, что сегодня встретит других — таких же, как он, но не таких же.

— Они не умеют полностью скрывать свою природу, — предупредил Архайон, слегка наклоняя голову. Его золотистые глаза мерцали в полутьме. — Но не бойся. Они не опасны.

— Я не боюсь, — ответила Эстрид, хотя пальцы непроизвольно сжали край плаща.

Тропа расширилась, и перед ними открылась небольшая поляна, окруженная высокими скалами. В центре стояли три фигуры.

Сначала Эстрид подумала, что это люди — но лишь на мгновение.