Книга Попаданка. Драконы. Бунт против судьбы, страница 83 – Диана Эванс

Тень молча наблюдала.

Архайон, Сильвия, Хранители — все они знали.

И теперь знала и она.

— Ты все еще хочешь собрать ее? — спросил Тейрос тихо.

Эстрид сжала осколок.

— У меня нет выбора.

Но это была ложь. Выбор был. И она его уже сделала.

Зал Хранителей погрузился в гнетущую тишину, когда Эстрид подняла третий осколок. Два других фрагмента, висевшие у нее на поясе, начали слабо пульсировать в унисон, будто живые сердца. Воздух вокруг зарядился статикой, от которой волосы на руках встали дыбом.

— Ты уверена? — Тейрос положил руку на ее плечо, но тут же одернул ладонь — металл осколков внезапно стал обжигающе горячим.

Эстрид не ответила. Ее пальцы сами потянулись соединить части, будто движимые неведомой силой. В последний момент она встретилась взглядом с Архайоном. Дракон молча кивнул — его зрачки сузились в вертикальные щели, выдавая напряжение.

Когда края осколков соприкоснулись, по залу прокатилась ударная волна. Камни под ногами затряслись, а фрески на стенах вспыхнули ослепительным светом.

Маска собралась воедино с глухим звоном, будто гигантский колокол ударил где-то в глубинах мира. На мгновение Эстрид увидела бесконечную череду носителей — лицо за лицом, эпоху за эпохой.

— Эстрид! — голос Тейроса донесся сквозь нарастающий гул. Но было уже поздно.

Маска сама прильнула к ее лицу.

В первый момент — только холод. Потом… Боль.

Острая, как удар кинжалом между ребер. Она рухнула на колени, вцепившись руками в каменный пол. Где-то рядом Сильвия что-то кричала Хранителям, но слова терялись в оглушительном реве в ее голове.

А потом… Тишина. И знание.

Эстрид медленно поднялась. Маска теперь была частью ее — не чувствовалось ни веса, ни границы между металлом и кожей.

— Что… что ты видишь? — Архайон сделал шаг вперед, впервые за века звуча неуверенно.

Она повернулась к ним. Когда ее губы разомкнулись, зазвучали два голоса — ее собственный и что-то древнее, глубинное:

— Я вижу истинную цену силы. И почему она должна была быть разделена.

Маска не просто давала власть.

Она была дверью.

И теперь эта дверь приоткрылась.

Где-то в глубине сознания Эстрид услышала слабый голос Тени: «Ты понимаешь теперь? Мы не могли позволить кому-то одному обладать этим.»

Тейрос побледнел:

— Что она с тобой делает?

— Ничего, — Эстрид подняла руку, и тени в зале ожили, сплетаясь в знакомые силуэты. — Она просто показывает мне правду. О мире. О нас. О том, что грядет.

Архайон резко выпрямился:

— Ты видишь Пробуждающегося?

Вместо ответа Эстрид повернулась к стене и провела пальцами по камню. Каменная кладка расступилась, открывая глаз — огромный, покрытый пленкой, но неоспоримо живой.

— Он уже здесь, — прошептала она. — И маска — единственное, что может его остановить.

Зал содрогнулся. Где-то вдалеке, за толщами камня, раздался глухой удар — будто проснулось что-то колоссальное.

— Ты разбудила больше, чем рассчитывала, — прошипела Сильвия, впервые за все время выглядевшая по-настоящему испуганной.

Маска на лице Эстрид потекла, как ртуть, образуя новые узоры. — Нет, — сказала она. — Он проснулся, потому что маска собралась. Это было неизбежно.

Тейрос выхватил меч: — Так что теперь⁈

Эстрид повернулась к выходу. Когда она заговорила, в ее голосе звучала нечеловеческая уверенность: