Книга Развод с драконом-тираном. Хозяйка проклятого поместья, страница 64 – Диана Фурсова

Как будто наткнулись на препятствие не физическое, а смысловое.

Чешуйка Рэйгара, которую Вера носила при себе, стала горячей, как уголь.

Рэйгар схватил цепь рукой — голой.

— Не… — выдохнула Вера.

— Молчи, — прорычал он и резко рванул.

Цепь лопнула.

Звенья разлетелись по двору, звеня о камень.

Наёмники отшатнулись, будто увидели не дракона, а что-то хуже.

— Отступаем! — заорал их главный. — Это не работа! Это проклятый дом!

Они побежали.

Кто-то пытался тащить “серого”, но “серый” уже исчез — как всегда исчезают те, кто любит бумагу больше крови.

Во дворе остались дым, пепел, раненые и тишина, которая не была кормом.

Это была тишина после победы.

Вера стояла, тяжело дыша, и чувствовала: браслет на запястье стал ледяным, а “трещина” под ним — горячей.

Два противоречия в одной коже.

Рэйгар подошёл к ней вплотную.

— Ты держалась, — сказал он низко.

— Ты опоздал, — ответила Вера автоматически.

Рэйгар сжал челюсть.

— Я знаю.

Вера подняла взгляд — и увидела на его руках ожоги от железа. Белые полосы, как отметки.

— Ты снова… — начала она.

— Потом, — сказал он. — Сейчас — проверка. Живы ли все.

Вера кивнула.

— Дорн! — крикнула она. — Пересчёт людей! Марта — вода и раненые! Саймон — закрыть входы, все железные “штыри” выдернуть! Имена — ещё раз. Сейчас.

Они начали делать. И дом — не мешал.

Как будто и он устал.

Страшная находка не лежала на виду.

Её принесла Марта.

Не в руках — в словах.

— Вера, — сказала она, и голос у неё был непривычно тихий. — Там… в той куче, что они бросили у ворот… мешок. Он не сгорел. Он… тяжёлый. И пахнет… столицей.

Вера пошла к воротам.

Рэйгар — рядом. Дорн — позади. Лис вернулся — грязный, с царапинами, и с двумя деревенскими мужиками, которые смотрели на Чернокамень, как на живого зверя. Эган тоже был там — с факелом, который он держал так, будто факел сейчас его укусит.

— Я сказал, что будут лезть, — буркнул Эган. — Слухи пошли. В деревне уже шепчут: “сегодня Чернокамень горел”.

— Пусть шепчут, — сказала Вера. — Завтра скажут: “не сгорел”.

Она подошла к мешку.

Развязала.

Внутри были не монеты.

Внутри была металлическая конструкция — похожая на кандалы, но тоньше, из чёрного железа, с рунами, которые Вера видела только раз — на круге Совета.

На кандалах был знак: маленькая башня. И… ключ.

Настоящий символ ключа.

Вера почувствовала, как её браслет отозвался — горячим уколом.

— Это для тебя, — тихо сказал Рэйгар.

— Для “ключа”, — ответила Вера.

Дорн выдохнул сквозь зубы:

— Кандалы Совета. Для особых…

— Для тех, кого нужно доставить живыми, — закончила Вера.

Она вытащила из мешка ещё один предмет: тонкий свиток в вощёной бумаге, без печати, но с знаком дома Вельор — маленький цветок на углу.

Вера раскрыла.

Почерк был женский, аккуратный, как улыбка.

“Доставить объект.

Не сжечь.

Связь нужна живой.

Ключ к наследнику — в ней.”

Вера застыла.

К наследнику.

Рэйгар рядом напрягся так, будто в него ударили.

Эган шепнул:

— Наследнику? Какому ещё наследнику?..

Саймон побледнел.

— Это… — прошептал он. — Это про кровь. Про узел. Про… право рода.

Вера медленно подняла руку к своему браслету. Трещина под металлом пульсировала, как живая нитка.

— Значит, — сказала она тихо, — я не просто “ссыльная”. Я — механизм.

Рэйгар повернулся к ней.

— Нет, — сказал он резко.