Книга Горячее свидание, страница 36 – Лера Титова

Он вышел.

Марк остался.

Смотрел на телефон.

На её имя.

На её слова.

Она тоже представляет.

Он улыбнулся.

— Ты ошибаешься, — прошептал он в пустоту. —

Мы — не ошибка.

Мы — первый сбой в системе.

Первый поцелуй —

это не когда губы касаются губ.

Это когда ты прижимаешься к стеклу,

а она — в тот же момент,

и вы оба знаете:

это — не случайность.

Это — синхронность.

Это — любовь, которая бьёт сквозь стены,

сквозь страх,

сквозь систему.

Это — первый раз, когда вы целуете друг друга —

и не целуете.

_______________________

Ночь.

Она не может спать.

Не от мыслей.

Не от страха.

От пустоты.

От ощущения, что он где-то там —

и ждёт.

И думает.

И хочет.

Она встаёт.

Одевается.

Не думая.

Выходит.

Садится в машину.

Заводит.

Едет.

К тюрьме.

Не ради встречи.

Не ради дела.

Просто — чтобы быть рядом.

Она останавливается в тени,

в пятидесяти метрах от ворот.

Выключает фары.

Смотрит на окна.

Знает — его камера где-то там.

Знает — он, может, спит.

Но она здесь.

И это — уже ответ.

Она курит.

Молча.

Смотрит.

И вдруг —

замечает.

Машина.

В конце улицы.

Темная.

Не движется.

Фары погашены.

Она не паникует.

Не уезжает.

Она смотрит.

Через минуту — фары включаются.

Медленно.

Как предупреждение.

Она не отводит взгляд.

— Следите, — шепчет она. —

Я всё равно буду здесь.

И не уезжает.

Сидит.

Курит.

Смотрит на его окно.

Утро.

Свидание.

Они смотрят друг на друга.

Через стекло.

Через страх.

Через всё, что между ними.

Она — в чёрной блузке.

Он — с расстёгнутой пуговицей.

Они не улыбаются.

Но в глазах — огонь.

Он пишет на стекле пальцем:

«Ты была там.»

Она кивает.

Он пишет:

«Я видел свет.»

Она:

«Я не уеду.»

Он смотрит.

Долго.

Потом — поднимает руку.

Прижимает ладонь к стеклу.

Она — свою.

Они смотрят.

И вдруг —

одновременно.

Опускают руки.

Наклоняют головы.

И прижимают губы к стеклу.

Не касаясь друг друга.

Но — в один момент.

Глаза открыты.

Дыхание — дрожит.

Сердца — бьются в такт.

Он чувствует:

её тепло.

Её дыхание.

Её губы — сквозь стекло.

Он целует её —

и не целует.

Он прикасается —

и остаётся в пустоте.

Но это — первый настоящий поцелуй.

Она чувствует:

его губы.

Его взгляд.

Его дрожь.

Она знает:

он не просто хочет.

Он боится потерять.

Он зависит.

Он — её.

Они не отводят взгляд.

Не отстраняются.

Держатся.

Губами.

Глазами.

Душой.

До тех пор, пока охранник не кашляет.

Они отстраняются.

Но улыбаются.

Впервые — вместе.

Ночь.

Он лежит.

Не спит.

Телефон.

Он пишет.

Не думая.

Не боясь.

«Если ты исчезнешь — я сломаюсь.

Я не скажу, что выживу.

Я не скажу, что буду бороться.

Я просто — перестану быть.

Ты — не тайна.

Ты — не ошибка.

Ты — воздух.

И если его не будет —

я не дышу.

Я не прошу быть сильной.

Я прошу — не уходи.

Даже если они запретят.

Даже если ты должна.

Останься.

Хотя бы в моей голове.

Хотя бы в моём сне.

Хотя бы в моём сердце.

Я не отступлю.

Но я не выживу без тебя.»

Он замирает.

Смотрит.

Это — не признание.

Это — уязвимость.

Первый раз.

Он нажимает — отправить.

И ждёт.

Не ответа.

А ощущения.

Что она читает.

Что она не оттолкнёт.

Что она не исчезнет.

Что она — здесь.

Самое страшное —

не когда ты признаёшься в любви.

А когда признаёшься в слабости.

Когда говоришь: «Я не выживу без тебя» —

и знаешь:

если она уйдёт,

ты не будешь бороться.