Книга Номер люкс: тайны включены в стоимость, страница 19 – Лариса Лазарова

— Что Квас поделывает?

— А что ему делать? Пьет.

Будучи удачливым предпринимателем, единственным сыном обеспеченных и влиятельных родителей со связями, Квасин муж имел один русский недостаток: он пил. Все и везде. Всегда. Деньги в семье водились, и Квася могла кататься как сыр в масле, даже не глядя в сторону комплекса. Но она с завидным постоянством ходила на работу и даже не думала о судьбе домохозяйки. Дочь их – ровесница моей Катьки – почти полностью принадлежала бабушкам и дедушкам с двух сторон.

Квася думает. Лоб наморщен, глаза косят, дым трубой. Настоящая азиатская Бакши Но ее неуемная энергия буквально опрокидывает мужчин от шести до шестидесяти. Я не знаю пока ни одного представителя мужского племени, который бы остался равнодушен к этому объединению стихий. Если еще добавить, что она на выклянченные у мужа деньги совсем недавно приобрела алый Опель Кабриолет и гоняет сама, можно себе представить, жутко спотыкаясь на наших ленивых полицейских и страшно ругаясь на дорожные колдобины.

— Ты на машине?

Задумчивая Квася кивает. Потом поднимает на меня свои хитрющие азиатские глаза.

— Извини, подруга, но из полицейской практики помню только одно. Вспоминай. Ты устроилась на работу. Новогодняя смена. Ну?

Комплекс тогда был совсем новеньким. Мне по жребию выпала смена в самый Новый год. Народу было тьма. Праздновали даже в бассейне. В двенадцать все во фраках и вечерних туалетах выстроились перед часами в ресторане.

Мне в помощь выделили наряд молоденьких курсантов. Капитана среди них не помню. С преступностью по тем временам было круто, поэтому ждали инцидентов. Но все прошло более-менее гладко. Кроме одного: в мой бокал шампанского какой-то гад вылил водки. В общем, как смену сдала, до сих пор поражаюсь.

— Не было капитанов, – вздыхаю я.

— Тамара! – зовет Марь Петровна.

Выхожу на рабочее место. У стойки Васька. Живи он где-нибудь в другом мире, может, и было бы ему счастье. Громадный атлет, правильные черты лица. Ожившая античная статуя. Совсем не глуп. Первое мое впечатление – в таком большом теле должно быть большое доброе сердце. И прошло немало времени, пока я рассмотрела ту же черную пугающую пустоту в прищуренных усталых глазах. Совсем как у Чико. Увидела, что он не может находиться в помещении с закрытыми дверьми. Обратила внимание, как легко, без затруднений, одним движением пальцев открывает железные крышки пивных бутылок. Медленно, наслаждаясь каждым глотком, пьет водку. Мне потом всегда было больно смотреть на него. Такой человечище, не найдя себе лучшего применения, неотвратимо двигался в никуда.

Улыбается одними губами. Перегибается через стойку и ставит передо мной бутылку шампанского.

— Выпейте, девчонки. У нас сегодня праздник.

— Что ты! – Марья всплескивает руками и быстро убирает бутылку в стол. – Мы же на работе!

Зря торопится. Он уже не видит ее.

— Тамара? Поговорим?

Обречено плетусь за ним. Все давным-давно обговорено и решено. Если бы он был вполне трезв, прошел бы мимо, поздоровался, и все. А теперь придется слушать, что он обо мне думает. Кивать в нужных местах.

Он всегда появляется внезапно, как черт из табакерки, ломая привычный ход моей жизни. Снова этот взгляд, эта смесь силы и какой-то отчаянной, почти детской обиды.