Книга Номер люкс: тайны включены в стоимость, страница 64 – Лариса Лазарова

— Катя! – взрываюсь я. Воспитала, на свою голову.

— Буду, – смеется Михаил. – Но очень недолго. Честно-честно.

Мне вдруг так жалко стало. Себя.

— Почему co мной все время происходят какие-то истории?

— Ну со мной-то тебе повезло. Город говорит, – подмигивает Миха.

— Ты все время куда-то уезжаешь, уезжаешь... Все приезжают, уезжают...

— Том, у тебя работа такая. Завязывай, мне и так тебя жалко, не рви сердце.

— Миш, а ты правда приедешь?

— Правда, правда.

— Миш, только жить пока будем в нашей ванной. Других местов нет. Как у Зощенко.

— А что делать, Том? А кому сейчас легко? Дело-то житейское.

— За имеющиеся сейчас ваши наличные могу предложить только свое цыплячье тельце.

— Ничего, вот маленько разбогатеем, откормим тебя. Будешь большой красивой женщиной. А то показывать страшно. Хоть в кармане носи. Как губную гармошку. У тебя почему ноги холодные? И нос?

— Миш, ты что, греться сюда пришел?

— Греться, греться. Не будь ленивой и противной. Двигайтесь, женщина. Шевелитесь, а то замерзнете. Но скрипеть не надо.

— В том смысле, ложитесь поудобнее, может быть, оргазм вас захлестнет?

Его губы нашли мои. Слов не стало. Зачем?

Незаметно подошел Новый год. Закончилась предпраздничная суета. Нарядили елки дома и на работе. Горничные-старушенции лазят по высоченным стремянкам приклеивая на блестящие нити кусочки ваты. Местные самородки разрисовали окна гуашью и налепили бумажные снежинки. Всюду гирлянды. «Корейский» сверкает и переливается, хотя до Восточного Нового года далеко. Но конкуренция, конкуренция! Сан Саныч сошел с ума и запаял весь административный комплекс бронированными дверями. Выходов только два, а после его экспериментов даже мусор пришлось выносить тайно, пока никто не видит, через центральный холл. Шефиня обещает после праздников пришпилить его выговорами, как мотылька.

Посыпались заявки на проведение праздников в комплексе. В общепите. Гостиницы и бассейн закрыты – нет клиентуры из расчета на две недели. Совершенно некстати полетело отопление. Работники ресторана и бара взвыли. Вот только административный корпус одиноко темнеет среди всеобщей праздничной суеты. Ни одно окно не горит. А мне придется дежурить в Новый год. Расчет за Счастливую страну.

Оставив Катерине кучу подарков под елкой, перецеловав всех домашних, плетусь на работу.

Смену мне передают до неприличия выпившие администратор и портьешка. Обе они новенькие, проведение праздников и предпраздничных дней для них в новинку. Вот и сломались. Сан Саныч благоразумно промолчал на планерке. Но будьте спокойны, потом они свое получат. По самую макушку.

Мы с Марьей бездельничаем. У руководства сокращенный рабочий день. Даже самые работоспособные убежали готовить праздничные столы и подарки. Мы нарядили чисто для себя роскошную еловую ветку. Водрузили на стойку деда Мороза с развратно накрашенной Снегурочкой. Вечером зажгли мою синюю свечу. Красиво. Марья Петровна достала из своей огромной сумки баночки и кастрюльки, я – красивую посуду и торт. Шампанского у нас море. Все дареное. Запасенное с давних времен.

Охрана долго переминается с ноги на ногу, в конце концов не выдерживает. Уж очень тоскливо показалось им в пустом здании с двумя стервозными женщинами. К тому же, если я не ошибаюсь, их ожидают жены. Или те, кто планируется для жен. Когда стрелки часов неумолимо приблизились к пятнадцати минутам двенадцатого, боровички повисли над стойкой. Умоляющие взоры. Только до трех. Мы закроемся на ключ, да и денег в кассе все равно нет. Все точки закрыты. Мы в здании останемся совершенно одни. Если не считать пары кошек.