Книга Развод. Я ухожу из твоей жизни, страница 5 – Даша Черничная

Плакали все. И Арсений, и девочки из нашего отряда. И даже сам Гриша.

Тогда же и выяснилось, что мать Арсения давно уехала, оставив сына на отца. Яшин хороший папа, всегда им был. Просто иногда даже очень хорошего папы недостаточно. Арсений хотел привлечь внимание мамы. Чтобы она приехала и нашла его.

Естественно, Аврора не приехала. Ни во время поиска, ни после.

На тот момент она не жила с ними уже год.

С Гришей у нас все закрутилось довольно быстро. Сначала простые походы в кофейни и кинотеатры, потом совместные вечера и долгие ночи.

Тень Авроры всегда была рядом. А как может быть иначе, когда у них с Яшиным общий сын?

А теперь уже не просто тень между нами, а сама женщина. Статная, великолепная, грациозная.

А еще настоящая стерва, которая бросила своего ребенка. Но мужчины же любят стерв, да? Изысканных, наряженных в сексуальные платья, на шпильках высотой с девятиэтажку. Манящих томным взглядом, откидывающих за спину волосы, облизывающих губы и смотрящих так, будто нет прекраснее мужчины на свете, чем стоящий напротив нее. Смеющихся над их самыми тупыми шутками и показывающих всем своим видом: это лучшее, что случалось с ними в жизни.

Куда мне, в бессменных джинсах и удобных свитерах, скачущей по подворотням и посадкам в поисках пропавших детей и взрослых, до нее?

Вытираю одеялом злые слезы.

Я всегда была такой. Да, ненакрашенной, да, в простых и удобных шмотках, в кедах или сапогах. Но я и не притворялась никогда другой.

Не без труда спускаю ноги пол, ежусь от холода. Все-таки надо померить температуру и посмотреть, что есть дома из жаропонижающего.

А потом… это гребаное потом…

Потом надо будет думать, как жить дальше.

Как старуха, шаркая пятками в пушистых тапках, плетусь в ванную комнату. Нужно искупаться и более-менее привести себя в порядок. А еще отменить все мероприятия, которые были запланированы на сегодня.

Проходя мимо косметического столика, в зеркале смотрю на свое отражение. Вся мятая, волосы всклокочены, щеки красные, глаза… мама дорогая…

Под глазами мешки, все опухло, в глазах лопнули капилляры.

Хорошо, что Арсений уже уехал в школу, а Гриша наверняка на работе. У меня будет время, чтобы собраться с мыслями и подумать о том, как жить дальше.

Но все мои планы рушатся, когда я понимаю, что из кухни слышен шум.

Арсений или Гриша? Гриша или Арсений?

Гриша.

На столе закипает электрический чайник, а у окна, опершись руками о подоконник, стоит Гриша и смотрит на улицу. В домашней одежде, растрепанный не меньше меня.

Лучше бы его не было, лучше бы он уехал на работу и дал мне передышку.

Он дергается, словно почувствовав мое присутствие, и резко оборачивается.

Хмурый, бледный, уставший. С такими же красными, как у меня глазами. Не спал? Да, очень на то похоже. На лице серой тенью пролегла болючая вина. Все он понимает. Прекрасно осознает, какой удар нанес.

— Привет, — наконец произносит тихо.

— Привет, — отвечаю ему безэмоционально.

— Почему… ты дома? — спрашиваю, прилагая усилия.

Гриша отрывается от окна и делает медленные шаги ко мне. Боится, что я сбегу?

Возможно, будь я сильнее и здоровее, именно это бы сделала. Слушать его оправдания?

Страшно. Не хочу.

А вдруг он скажет, что всю жизнь любил ее? Что ждал? Искал ее во мне столько лет, но так и не нашел?