Книга Синие цветы I: Анна, страница 268 – Литтмегалина

— Ты не станешь таким, как он. Ты умнее. Ты найдешь свой путь.

— Какой свой путь? Да я будто паровоз, не способный сойти с рельсов. Всю жизнь я – не я. Единственное, что я могу сделать – это взорвать себя, – Науэль достал что-то из кармана: стеклянную трубку, заполненную серебристо-голубым порошком. – Это дал мне Дьобулус. Использовать только в безнадежном случае, сказал он. Это не спасение, это – месть. Если вскрыть колбу, поступление воздуха запустит процесс, и взрыв уничтожит все в радиусе двадцати метров. Мгновенно. Никто не сможет убежать.

— Ты таскаешь такую вещь в кармане? Ужасная штука.

— Это небьющееся стекло. Раньше времени взрыва не будет.

Мы вернулись в машину и продолжили уверенное движение не пойми куда незнамо зачем. Джевел все еще была непривычно тихой.

— Как ты можешь жить после такого? – в зеркале отразились ее большие испуганные глаза.

— Если не можешь встать, отползаешь прочь. Потом становится лучше. Не хочу обсуждать это при Анне.

Снова повисло молчание. Я закрыла глаза и постаралась расслабиться, чувствуя, как никотин все еще блуждает в крови. Науэль вставил кассету в проигрыватель.

— Обожаю Мэдд, – сказала Джевел.

— Обожаешь? – Науэль встрепенулся и оглянулся на Джевел. – Ты ее слушаешь?

— Я? Конечно! Она здоровская! Мне нравится, как она говорит в «Белом жаре»: «Руки на стену!»

— Она не старовата для тебя?

— Она не стареет.

Науэль моментально оживился.

— А кого ты еще любишь?

— Ирис, – Джевел не могла выбрать ответа лучше.

И понеслось. Они начали болтать, перебивая друг друга и жонглируя именами – порой десятком одновременно. «Это был классный тур, особенно когда она взлетела под потолок на веревках, продолжая петь»; «Альбомчик для дешевой кафешки. Она пыталась спасти свою популярность танцами вокруг шеста, но тут не поможет и полноценное порно»; «Он был Король. Когда я узнал, что он умер, я просто не мог перестать рыдать»; «Да, Король. Я даже в шесть лет вшибала, как он крут».

Жужжание и гул. Я зажала уши. Что типично для подростков, заклятая парочка подружилась, обнаружив, что они любят и ненавидят одинаковую музыку. В сущности, это совсем неудивительно, что, когда Науэль наконец-то нашел человека, разделяющего его музыкальные вкусы, им оказалась эмоционально неустойчивая тринадцатилетняя девочка.

Ночью они пили пиво и прыгали на пустынной парковке, громко подпевая включенной на полную громкость музыке с аудиокассет Науэля. Утром оба были свежы, как только что сорванные салатные листья, а у меня набрякли мешки под глазами и болела голова. Днем мы купили Джевел билет на автобус. Она возвращалась к матери.

— Круто, что я вас встретила. Пижончик, ты оказался ничего себе, хотя я не завидую твоей подружке.

— Она мне не подружка.

— Анна, ты не бери в голову, что я назвала его педофилом. На самом деле он смотрит только на тебя. Едва ты отвернешься, так и пялится.

— Ты слишком много болтаешь, – прервал ее Науэль и развернул веером колоду. – Достань карту.

Джевел послушалась.

— «Лунатик», – объявил результат Науэль. – Странно. Должно быть, это про то, что ты прешь вперед, забыв включить мозг.

Джевел расцеловала меня, обняла Науэля прежде, чем он успел ее отпихнуть, и уехала.

— Как ты думаешь, она вернется домой? – спросила я. – Наверное, нам все-таки стоило довезти ее.