Книга Игра Бродяг, страница 313 – Литтмегалина

— Привет, — сказала Эхо — тихо, чтобы не спугнуть.

Несмотря на всю мягкость ее тона, Молчун подскочил и испуганно-затравленно уставился на нее. Эхо увидела красновато-серые полосы грязи и крови на его одежде, следы ударов на лице, разбитые до болячек губы, и по ее телу пробежала дрожь. «Он убежит, — подумала она встревоженно. — Он сейчас убежит».

— Не бойся меня, — сказала она.

Мальчик распрямился во весь невеликий рост, мимикой и всем телом выражая растерянность. Никто никогда не говорил с ним так ласково, а потому он не знал, чего ему ожидать и что делать, и просто смотрел на Эхо внимательными недоверчивыми глазами.

«Что мне сказать ему?» — подумала Эхо. В ее голове не было ни единой мысли, кроме той, что она должна немедленно выдать что-то этакое, чтобы мальчик не смог ей не поверить. «Вогт!» — мысленно позвала она в тщетной надежде. Вогт умел находить нужные слова, а вот она совсем нет.

— Почему ты здесь совсем один? — спросила она.

Молчун молчал, как и полагается молчуну, и, судя по взгляду, размышлял, не пора ли ему рвать когти.

— Ты голоден? — Эхо пожалела, что отдала весь хлеб птицам. Кажется, в доме еще остался кусок…

Молчун развернулся и пошел прочь — вопреки своему желанию неспешно, демонстрируя, что он вовсе ее не боится. Да он и не боялся бы, гаркни она на него как все другие, вместо того, чтобы смотреть на него так странно-сочувственно.

— Не уходи! — позвала Эхо и пошла следом. — Я не сделаю тебе ничего плохого.

Молчун ускорился. Походка у него была шаткая, неловкая, одно плечо поднималось заметно выше другого.

— Пойдем со мной, — предложила Эхо. — Я тебя накормлю. Я же знаю, что ты ужасно голоден, я помню, как это. Как тебя зовут?

Молчун побежал.

— Подожди! — крикнула Эхо и последовала за ним.

Поймать уличного ребенка, когда он твердо настроен удрать, так же непросто, как ухватить ладонями молнию. Молчун просочился сквозь кошачий лаз в заборе, куда, казалось бы, даже его голова не пролезет, и скрылся, а Эхо осталась на другой стороне. Она прислонилась к занозистым доскам и даже зубами лягнула от разочарования.

* * *

— Скверное? — Синеглазке явно не понравился такой поворот, но Вогтоус устал от их легкого пустого разговорчика, который тем не менее показался ему тяжелым, как валун. — Чудной вопрос, охотник.

— Ну же, подумай.

— Нет, ничего такого, — категорично отрезала Синеглазка.

Вогтоус прикусил нижнюю губу.

— Этого я и опасался. Вы сами не знаете, в чем ваша вина. Потому что не считаете себя виноватыми.

Синеглазка нахмурилась.

— Мне не нравится этот разговор.

— Мне тоже, — резко заявил Вогт. Ему надоело притворяться, что Синеглазка симпатична ему, как была симпатична Цветок или даже Шванн. — Так что закончим его прямо сейчас. Эх… вероятно, остальные будут не лучше тебя. Так я ничего не добьюсь.

Синеглазка ничего не поняла, но на всякий случай обиделась. И все же Вогт слишком приглянулся ей, чтобы она тотчас развернулась и ушла.

— Какое отношение это имеет к дракону? — спросила она.

— Самое непосредственное, — буркнул Вогт. — И все идет к тому, что он сожжет вас дотла.

Синеглазка, пораженная такой грубостью, растерянно моргнула. Вогтоус развернулся и пошел прочь. Когда Эхо чего-то не понимала, Вогта это не раздражало. Но Синеглазка вызывала у него приступ бешенства. А ведь когда-то он даже не знал, что умеет злиться…