Книга Игра Бродяг, страница 317 – Литтмегалина

— Вознамерься мы бежать, вся ваша деревня не смогла бы нас остановить, а уж тем более два таких чурбана, как вы, — отрезал Вогт.

Косолапый запыхтел, но промолчал, не стремясь защитить свою гордость, которой только что выдали знатного пинка.

— Ах ты, недомерок, — разъярился Лысый.

Рядом с ним Вогтоус, будучи на две головы ниже, действительно казался коротышкой, но Вогт ни с кем себя не сравнивал и потому не переживал из-за разницы.

— Что ж… — протянул Вогтоус невозмутимо. — А будь твой рост соразмерен твоему уму, то дети перешагивали бы через тебя, принимая за камень твою скользкую лысую черепушку.

— Вогт, не надо, — приглушенно сказала Эхо, нервно переложив сверток из одной руки в другую. Внутри свертка находилась большая часть их обеда. Впрочем, Вогт затребовал столько, что голодными они не остались.

Лысый издал странный булькающий звук. Вероятно, слюна во рту вскипела.

— Будешь лопаться от злости, так хоть предупреди, мы отойдем, — попросил Вогт. — А то в тебе вонючей дряни больше, чем в ведре с тухлой рыбой.

— Все, засранец мелкий, — взорвался Лысый. — Я тебя сейчас в землю по самые уши забью…

— Вот как, — рассеянно проговорил Вогт, и затем его туманный взгляд стал цепким. — Хочешь драться со мной?

— Не надо, Вогт, хватит, — нервно попросила Эхо, чувствуя, что совершенно не способна управлять им.

Вогтоус был бледным от злости. Он встал напротив Лысого, который отпрянул от неожиданности, своими ледяными глазами посмотрел в его глаза и сказал:

— Ну давай же. Начнем.

Эхо задрожала.

— Что за (…), — пробормотал Лысый, отклоняясь назад.

— В чем дело? — Вогтоус с размаха ударил Лысого в грудь. — Боишься коротышки?

Эхо отчетливо увидела страх в глазах Лысого. Как нелепо: валун стоял перед маленьким взъерошенным Вогтом и боялся его.

Лысый отступил.

— Ничтожество, — процедил Вогтоус, отворачиваясь и теряя к Лысому всякий интерес. Тот выглядел так, как будто на него вылили ушат помоев.

— Вот зачем это было? — сердито прошипела Эхо.

— Разве я не могу сорвать на ком-то злость? — поинтересовался Вогт, криво ухмыльнувшись.

Эхо отступила, широко раскрыв глаза.

— Ты прав, — сказала она. — Ты меняешься, Вогт.

И затем пошла молча. Вогтоус неспешно брел рядом, бледный, как мел, с воинственно задранным подбородком. Серые облачка на небе то сходились, закрывая солнце, то вновь расходились. «Так и у нас с Вогтом», — грустно подумала Эхо.

На скалу их надсмотрщики тащиться не захотели.

— Если увидим дракона, мы погоним его на вас, — пообещал Вогт. — То есть сделаем все самое сложное. А вам останется только схватить его, свернуть ему шею и притащить в деревню.

Эхо первой шагнула на ведущую к скале тропинку. На тропинке пробивались кустики травы, но чем выше тропинка поднималась, тем меньше становилось растительности. Вскоре исчезла и тропинка, остался лишь безжизненный камень.

— Видела, как напугались те уроды? — спросил Вогт.

Эхо не ответила, внимательно выглядывая, за что бы зацепиться. Не без усилий и риска, но она взбиралась все выше и выше. Вогтоус позади нее молчал какое-то время, но затем Эхо ощутила на своей голени его прохладную руку.

— Прости.

Обернувшись, Эхо бросила на него настороженный взгляд. Позади Вогта она могла наблюдать Медведя и Косолапого, уменьшенных до размеров тряпичных кукол — те блаженно развалились на траве. «Как же высоко мы забрались!» — осознала Эхо, и приступ внезапного головокружения заставил ее покачнуться. Вогт придержал ее снизу.