Книга Год дурака, страница 78 – Литтмегалина

— Вот это цены! Панакота – 400 рублей! Салат с рукколой – 500 рублей! Карпаччо – 420 рублей! Возмутительно!

— Обычные ресторанные цены…

— 350 рублей за паршивые равиоли! А-а… утиная грудка по-каталонски – 800 рублей!

— Не обязательно брать утиную грудку. Мы можем заказать… не знаю… хлеба. Или попросить принести воды, – попыталась я утихомирить спутника, но его голос звучал все громче:

— Делают миллиарды ни на чем! Грабеж! Вот только пистолет к голове не приставили!

Я стала такая же красная, как скатерть, и уже видела, как нас спускают с лестницы, но тут Александр встал и взял меня за руку:

— Уходим отсюда! Найдем приличный ресторан вместо этого вертепа!

На улице мне подумалось, что, будь я умной девушкой, я бы уже бежала прочь, сняв туфли. Но я была не только глупая, но и очень голодная девушка, прекрасно осведомленная, что в ее холодильнике нет ничего, кроме одинокой картофелины и бутылки подсолнечного масла, а в кошельке лежат последние купюры.

— Вот это местечко, кажется, ничего.

Я подняла взгляд, и он намертво прилип к поражающей воображение и эстетическое чувство вывеске пиццерии «Обжора». Не успела я сформулировать все свои возражения, как была втянута внутрь. Судя по немногочисленности посетителей, местечко не пользовалось популярностью. Усевшись на липковатые пластиковые стулья, мы стали ждать. Официантка болтала с барменом. Мы ждали. Официантка рассказала бармену неприличный анекдот. Мы все еще ждали. Официантка знала много неприличных анекдотов и намеревалась рассказать бармену каждый из них.

— Меню на стойке, – сказал Александр.

Я подняла брови. Александр тоже поднял брови. Официантка и бармен громко рассмеялись. «Движение сжигает калории», – напомнила я себе и поднялась за меню.

— Что будешь? – спросил Александр.

— Пиццу «Четыре сыра».

— Жир и тесто… не усугубляй свою ситуацию.

Я посмотрела на него. Он действительно так сказал? Александр морщил нос, покачивая головой. Ладно, поем и сразу уйду. Вот дружи после этого со Вселенной, такое мне подсунула… Хотя, возможно, ей он тоже поначалу показался адекватным.

— Тогда салат «Овощной».

Пытаясь докричаться до официантки, я потратила больше калорий, чем было в тех пожухших листьях, которые она мне принесла. Пока я размышляла, простаивал ли этот салат с утра или же его сразу приготовили из несвежих продуктов, Александр лихо разделался со своей пиццей, отрывая и проглатывая огромные куски.

— Жарко, – выдохнул он. По его подбородку тек жир, и я хотела сказать об этом, но тут Александр снял пиджак, и я потеряла дар речи. На его футболке была нарисована женщина. Самая обычная голая женщина с грудью шестого размера.

— Еще одну «Маргариту»! – крикнул Александр официантке, и тут у него зазвонил телефон. Он достал его из кармана и прижал к уху. – Привет. Да ничего не делаю. Ты сам как?

Пятнадцать минут спустя, когда принесли «Маргариту», он все еще продолжал разговаривать. Вперившись взглядом в блестящие капли жира на поверхности пиццы, я впала в оцепенение.

— Да, смотрел, но не досмотрел. Нормальное киношко. Тот чувак таки поимел рыжую?

Я заерзала на стуле. Александр скосил на меня глаза:

— Ты в порядке? Не скучаешь?

— Все хорошо, – ответила я, надеясь, что Вселенная оценит мои старания и наградит меня табуном мужчин, худший из которых будет лучше Александра.