Книга Неженка, страница 57 – Аня Леонтьева

— Садись, я сам налью, — решил он поухаживать за ними.

— Там булочки сын, Галя вчера стряпала, — встряла мама. — Галя это моя сиделка, — пояснила она, присевшей Любе.

Матвей налил маме чай, а им с Любой кофе. Достал булочки, поставил на стол, сел.

— Люба рассказала мне, что работает в издательстве, — мама отламывает кусок сдобы, — не правда ли прекрасная профессия? Матвей?

— Ты намекаешь, что моя профессия не очень прекрасна, — отозвался Матвей.

— Какая у тебя профессия, Матвей! — фыркнула мама. — Кто ты, директор?

— Да, мам, я директор, — раздражённо пожал Матвей плечами, — Люба, между прочим, тоже управленец, так чем я хуже неё.

— Ну, ты тоже сравнил, — опять фыркнула мама, — у неё диплом филфака с отличием.

Люба только успевала, переводит взгляд с одного на другую.

— А вы кем работаете? — вставила она, тем самым оградив мать от колкого ответа, что готов был сорваться с языка Матвея.

— Я уже на пенсии, а работала учителем истории, — ответила мама, — я так мечтала, чтобы Матвей выучился в институте, но…

— Но Матвей не выучился, — закончил за неё Матвей.

— Ладно, — вздохнула мама, — пойду, прилягу, — она встала. — Любочка спасибо за завтрак, приходите в гости, — протянула руку к сыну, — проводи меня Матвей.

Они вышли в коридор, свернули в комнату.

— Мам прости за резкость, просто…

— Кто эта девушка, Матвей? — мама медленно опустилась на кровать.

— Моя… э-э-э девушка, — протянул Матвей, и тоже опустился рядом.

— Помнится, у тебя была другая, — разворчалась мама.

— Была другая, теперь эта, — огрызнулся Матвей, помогая матери улечься.

— Слишком мила, и хороша для тебя, — подметила мама, — не обижай её, не сломай.

— Всё будет в порядке! — отмахнулся он. — Она тебе понравилась?

— Очень, дорогой, и поэтому, зная тебя, прошу, не навреди ей.

— Я что, по-твоему, монстр? — возмутился Матвей.

— Ты бываешь, жесток, — ответила мама.

— Ладно, мам, отложим разговор, тебе надо отдохнуть, и прошу, не медли как в прошлый раз, сразу же вызывай скорую, — он склонился над ней и поцеловал в прохладную, сухую щеку. Такую родную.

— Я люблю тебя, сын! — вздохнула мама.

— И я люблю тебя, — он вышел, и как раз в этот момент, позвонили в дверь. Пришла сиделка.

В машине он всё думал о словах матери. Посматривал на Любу, и убеждался, что мать права, она слишком хороша для него. Для такого циника, и пошляка, как он, в самый раз подходит Машка. Она всегда смеялась над его шуточками, и не оскорблялась ими. Была всегда не против перепихнуться где угодно, и никогда не взывала к его совести. Да она идеально подходила ему. Вот только, от Неженки бросало в жар. Только у нее он ловил каждое движение, и слово. Ему хотелось быть лучше рядом с ней. Он потому так и рассердился, когда мама начала петь свою любимую песню про образование, и кто знает, что она там мола наговорить Любе про него. Не хотел он, чтобы знала она какое он ничтожество.

— У тебя классная мама, — выдала Люба.

— Да, — усмехнулся Матвей, — о чём болтали, пока я спал?

— В основном я рассказывала про работу, и пару книг обсудили.

— И всё?

— И всё, Матвей, все твои секреты надёжно скрыты, — фыркнула Люба, и сделала страшные глаза.

— Да нет у меня секретов, — усмехнулся он, — только страшные тайны!

— Интересно это, какие? — она склонила голову набок.