Книга Охота на мышку, страница 175 – Юлия Гетта

Один чувак сидит в кресле у стола, а другой что-то делает с его рукой. Присмотревшись, понимаю, что бьёт партак.

— Пацаны, не помешаю? — интересуюсь я, вваливаясь в комнату.

— Не-е-е… Заходи.

— Еб*ть, ты разукрашенный, — разглядываю того, что работает машинкой. Он одет в шорты и майку, и все его видимые участки тела покрывают бесчисленные татуировки.

— Чё, не нравится? — безразлично отзывается он, не отрываясь от своего дела.

— Да нет, — отвечаю я, пристальнее вглядываясь в рисунки. Они очень круто детализированы. И все настолько грамотно переходят один в другой, что в итоге получается одна большая картинка. — Наоборот. Ох*енно.

— Спасибо, — так же флегматично отзывается чувак.

Я тяну ему руку:

— Серёга.

Он откладывает машинку и жмет мне ладонь.

— Жека.

Тот, которому бьют шедевр на плече, открывает глаза и тоже тянется ко мне за рукопожатием:

— Саня. — Потом поворачивает голову к тату-мастеру и заискивающе спрашивает: — Ну чё, Жек, может, перекур?

— Давай, — снисходительно кивает тот.

Саня бодро спрыгивает с кресла и сваливает из комнаты, а я занимаю его место.

— Слушай, братан, а набей мне тоже кое-что, а? Только у меня бабок нет, но мы потом с тобой сочтемся, обещаю.

— А что ты хочешь?

— Имя. Четыре буквы всего.

Жека хмыкает и начинает разглядывать меня уже с куда большим интересом.

— И чьё имя?

— Любимой, — отвечаю я.

— Ты бухой, протрезвей сначала. Сегодня любимая, завтра нет, выводить потом за*бёшься.

— Не, Жека. Я не буду выводить. Она любимая на всю жизнь.

— Все так говорят.

— Я не все.

— Ага. И так тоже все говорят.

— Слушай, братан, — наклоняюсь к нему, пытаясь сфокусировать взгляд на его глазах. — Я, сука, болен. Подыхаю, понимаешь? Люблю её. Мне нужны эти буквы на коже. Как воздух.

— Херня всё это, Серёга. Поверь на слово, всё это — херня. Нет никакой любви. Сегодня ты её любишь, а завтра она тебе нож в спину…

— Я тоже раньше так думал. Пока не встретил её. Она другая.

— Ну а че ты бухаешь-то тогда? Где она? Почему ты не с ней?

— Накосячил. Так, что пи*дец.

— Ну и че, попроси прощения. Цветочки там купи.

— Тут цветочки не помогут… Сложно всё. Пахан её меня презирает. Я ему бабок должен, и нужно этот долг вернуть, чтобы реабилитироваться. А бабок у меня нет. И пока я их не найду… Я подыхаю без неё, понимаешь?

— А че, она тебе не верит? Что ты бабки вернешь?

— Она не знает. Но если я к ней пойду, пахан ей всё расскажет. И тогда она будет думать, что я мразь.

— Ты сам расскажи ей всё. Объясни. Язык тебе зачем? Она же любит? Значит, поймёт и простит.

— Думаешь?

— Да х*й его знает, — пожимает плечами Жека.

— Я не могу так рисковать.

— Ладно, уговорил. Набью я тебе её имя. Она увидит и стопудово простит.

— Да я же не для этого хочу…

— Да пох*й. Готовь шею.

— Почему шею?

— Я тебе ох*енно сделаю, буквы сверху вниз, в японском стиле. Она заценит, поверь.

— Братан, я твой должник.

— Да ладно, забей. Подарок.

— Ох*еть. Бывают же ещё нормальные люди.

— А чё там, много тебе бабок надо, сколько ты там пахану своей любимой задолжал?

— Двести косарей.

Присвистнув, Жека вскидывает брови и с пониманием качает головой.

— А ты вообще как по жизни, сильно правильный? Есть у меня одна тема, можно нормально бабла поднять. Но там, сам понимаешь, сопряжено с определённым риском…