Книга Охота на мышку, страница 177 – Юлия Гетта

Позвонить Мышке и попросить её выйти тоже рискованно. Он может услышать, увидеть и опередить меня с рассказом о взятых деньгах.

Сажусь на лавку, точнее, на её спинку, опираясь ногами на сидение. И принимаюсь ждать.

Если свет не горит, может, Тани просто нет дома? Ведь рано ещё для сна.

Она по-любому должна появиться. Хорошо бы одна. Но даже если с отцом, я придумаю способ, как незаметно выцепить её.

Время тянется медленно, мои конечности начинают застывать. И когда в очередной раз дверь Таниного подъезда открывается и оттуда выходит кто-то из её соседей, я подрываюсь и прошмыгиваю внутрь, пока магнитный замок не сработал.

Поднимаюсь на третий этаж и всё же стучу в Мышкину квартиру. Решив, что если откроет Танин пахан, буду разговаривать с ним.

Уже не могу выносить эту пытку. Не могу бездействовать. Теперь, когда долгожданная встреча с Таней не за горами, каждая минута промедления даётся нелегко. Словно кто-то по-садистски медленно вытягивает из меня все жилы. Одну за другой. Одну за другой.

Но дверь никто не открывает. Я сажусь на корты, привалившись к ней спиной. И сижу так до тех пор, пока не перестаю чувствовать ноги. На часах уже полночь, в подъезде больше никто не ходит.

Я кое-как встаю, разминаю затекшие суставы и спускаюсь по лестнице чуть ниже. Забираюсь на подоконник у прямоугольного окна в пролёте между этажами. Устраиваюсь на нём полулёжа, опираясь спиной на один откос, а кроссовками — в другой. Отсюда открывается отличный вид на подъезд. Не свожу глаз с дороги. Но усталость и похмелье дают о себе знать. Отрубаюсь, сам не поняв как.

Просыпаюсь резко, будто кто ткнул меня в бок. Не сразу сообразив, где нахожусь, едва не сваливаюсь с подоконника. За окном уже рассвело. Неужели утро?

И где же Мышь? Она так и не возвращалась?

Ведь если б вернулась, трудно было пройти мимо моей спящей туши на подоконнике…

Замечаю движение на дороге у подъезда, фокусирую сонный взгляд на подъехавшей тачке. И мне становится хреново.

Мерин, сука, до боли знакомый. И из него выходит тот самый пид*р, с которым встречалась Таня до меня. Но это, бл*ть, ещё не все сюрпризы. Пид*р обходит тачку и открывает пассажирскую дверь. Подаёт руку и помогает выйти из машины Тане.

Я часто моргаю, ощущая, как в башке начинает звенеть.

Что она делает в его тачке? И где была с ним всю ночь?

Пока я туплю, ломая голову над этими вопросами, они обнимаются, и он её целует.

У меня перед глазами красная пелена.

Спрыгиваю с подоконника и рвусь вниз, спотыкаюсь, едва не покатившись кубарем по лестнице, с пинка открываю дверь, вылетаю на улицу.

И вижу, как мерин отъезжает от подъезда, а Таня идёт мне навстречу. Уже одна.

Меня, бл*ть, колотит от бешенства. Она видит мое лицо, её глаза округляются до нереальных размеров.

А я, сука, в неадеквате. Подлетаю к ней, хватаю за волосы.

— Сука, ты что, ох*ела⁈ Что ты делала в его тачке⁈ Где ты была⁈

Она бьёт меня кулаками в грудь со всей силы. Взгляд из растерянного вмиг становится злым. Даже яростным. С такой ненавистью на меня не смотрел даже её отец.

— Отпусти меня, урод! — выкрикивает с презрением.

Я охреневаю от такого обращения. И даже отпускаю. И отшатываюсь назад на один шаг.

— Ты трахалась с ним? Серьёзно, ты трахалась с ним⁈

— А тебе-то что⁈ Тебя это больше не касается! Мы вроде как расстались, тебе память отшибло?