Книга Под вуалью страсти, страница 38 – Эбби Грин

— Ты бы не возражал?

Никос поморщился.

— Меня это не волновало, пока я снова не встретил Мэгги и не узнал, что у меня родился сын. Теперь все изменилось. — Он посмотрел на Лию и улыбнулся. — Я виню свою жену в том, что ничего не могу от нее скрыть.

Лия тоже улыбнулась.

— Она очень милая.

Никос посмотрел на свою жену.

— Да, это так. — Он прибавил зловещим голо сом: — Осторожнее! К тебе подходит ужасный танцор.

Никос исчез в толпе, как только Шариф появился перед Лией. Он сердито смотрел вслед своему брату.

Шариф взял Лию за руку и собрался увести ее с танцпола, когда она прошипела:

— Сейчас середина вальса.

Шариф повернулся к ней лицом.

— Я же сказал, что не занимаюсь такими вещами.

Лия подошла к нему вплотную и подняла руки. Секунду Шариф выглядел как раздражительный мальчик, и она едва не рассмеялась. Но потом он что-то пробормотал и стал с ней танцевать.

Шариф не обладал подвижностью своего брата, но двигался довольно грациозно для такого крупного человека.

Лия подняла на него глаза.

— Почему ты так ненавидишь танцы? Ты неплохо танцуешь. — Она умолкла, увидев резкий взгляд Шарифа.

— Никос наболтал лишнего? Брак и отцовство размягчили ему мозг.

— Так что скажешь?

Шариф вздохнул:

— Мой отец заставил меня пойти на бал Дебютанток в Париже.

— Я тебя понимаю. Я не ездила на бал, в отличие от своих сестер.

— Тебе повезло. Мы с отцом были приглашены. Вот только мой отец не появился на балу. Я пропускал уроки танцев перед балом и был единственным кавалером, который не умел танцевать. Прибавь к этому скандальные статьи о моем отце и мое смешанное происхождение. Среди голубоглазых принцев Европы я выделялся как белая ворона. Это плохо закончилось.

Лия округлила глаза.

— Ты подрался?

Шариф поднял ее руку и указал на шрам на своем подбородке. Лия провела по шраму пальцем.

Как только Лия прикоснулась к Шарифу, по его телу словно пробежал электрический разряд. Он замер, и она уставилась на него огромными глазами. Ее волосы падали ей на плечи, выделяя Лию среди других женщин с замысловатыми прическами.

Он не знал, что заставило его попросить ее оставить волосы распущенными. Наверное, он хотел увидеть ее необузданной, как той ночью в оазисе.

Шариф отмахнулся от этой провокационной мысли. Лия едва прикоснулась к нему, и он потерял голову. Он чувствовал себя крайне неуверенным, и ему нисколько не помогла встреча с Никосом и Мэгги.

Общаясь со своими братьями и их женами, он всегда нервничал, испытывая смешанные чувства. И еще ему было совестно, потому что он не сказал им всего, что запланировал.

Увидев Никоса и Мэгги такими счастливыми, Шариф вспомнил болезненные отголоски своих отношений с матерью. Ее безусловная любовь и его ощущение безопасности. Он стиснул зубы. Сейчас он не в настроении размышлять о прошлом. Однако Лия смотрит на него большими зелеными глазами, и у него возникает чувство, что она видит его насквозь.

Он заметил, как она отреагировала, когда он показал ей пресс-релиз о тех фотографиях папарацци, на которых якобы была она. Его комментарий о том, что ее репутация влияет на его компанию, не был до конца правдивым. Шариф видел, как Лия страдает, и ему захотелось отомстить за нее. Поэтому он приказал своим юристам добиться от журнала извинений и опровержения. И пресс-релиз вышел через несколько часов. А теперь он танцует с ней, и его переполняет желание.