Книга Мама для выброшенного ребенка, страница 68 – Виктория Вестич

Надежда в глазах Жени гаснет, а кажется, как будто в человеке последний фитилек потушили. Она опускает голову, обреченно кивает.

— Да… да, ты права… это ведь, в целом, не твое дело. Хата с краю и все такое… извини, — бормочет девушка едва слышно и мне становится еще паршивее от своего ответа.

Евгения вытирает поспешно слезы, лезет в сумочку и, отыскав ручку, быстро черкает что-то на обрывке бумажной салфетки.

— Вот… знаешь, мой номер. Если вдруг передумаешь. Или можешь прислать хотя бы фото моего малыша. Я буду… буду очень благодарна, — почти шепчет она. — Извини, что отняла время.

Подтолкнув ко мне бумажку, Женя встает и, задвинув стул, уходит в сторону выхода. За ней сразу же идет Назар. Я провожаю взглядом девушку и у меня мурашки по коже бегут.

А что, если все, что она сказала — правда? Практически для любого мужчины бывшая — просто мегера, они ее последними словами назвать готовы. Вдруг Марат на самом деле из тех, кто мстит женщинам, что ушли от него первыми? Я, конечно, не знаю истинной причины, по которой они расстались, но какой бы она ни была, отбирать ребенка и не давать матери видеться с ним — это слишком. Что, если милый и внимательный Марат лишь сначала, а потом становится ревнивым тираном и деспотом?

С тяжелой душой я возвращаюсь назад в салон.

— Ну где ты пропадаешь, Полиночка? Я уже тебя потеряла, — всплеснув руками, возмущается мама, — столько времени прошло, а мы платье еще не выбрали.

— Выбрали. Давай возьмем последнее, что я примеряла, — не в силах и дальше мерить платья, предлагаю я.

— Но тебе же оно не понравилось!

— Я подумала и решила, что оно лучше всех на мне смотрится, — заявляю я решительно и, повернувшись к консультанту, прошу: — упакуйте его, пожалуйста.

Получив еще и одобрительный кивок моей мамы, девушка торопится подготовить платье к продаже. Я расплачиваюсь за него картой, выданной мне Маратом, едва убедив маму не тратить на него свои последние сбережения. Понимаю, что ей хочется сделать мне подарок, но лучший подарок для меня — знать, что в семье все хорошо. Уж я в курсе, как тяжело маме достались эти деньги и как долго она копила, откладывая буквально по копеечке.

Уже в машине мама осторожно трогает меня за руку.

— Что случилось, дочь? Ты сама не своя.

Я отвлекаюсь от разглядывания домов, проплывающих за окном машины, и натягиваю старательно улыбку.

— Да просто голова разболелась. Мы так долго в магазине были, там душновато немного.

— Ты права, у самой немного побаливает, — соглашается мама и настороженно уточняет: — Это точно все? Тебя ничего больше не беспокоит?

Мне хочется хмыкнуть, потому что моя любимая мамочка как всегда очень проницательная. Только вот лучше ей не знать, о чем на самом деле я думаю, и что Марат вполне может оказаться не прекрасным принцем из сказки, а самым настоящим чудовищем.

— Нет, мам, все правда хорошо, — заверяю я и сглатываю горький комок.

Хотелось бы верить, что все и правда так, но пока реальность говорит совсем об обратном.

В этот же вечер мне пришлось срочно проводить маму домой, потому что у одной из сестренок поднялась температура. Спасибо Марату, он позаботился о том, чтобы мама быстро добралась до своего поселка: машину и водителя организовал за какие-то считанные минуты. И опять же, то, как внимательно он относился к моим просьбам и вообще к моей матери, шло полностью вразрез с рассказом Жени. К концу дня я уже не знала, кому верить, ведь Баев вполне мог попросту пускать пыль в глаза.