Книга Мама для выброшенного ребенка, страница 73 – Виктория Вестич

— Ты же говорила, что будешь одна! — хмуро замечаю я, переводя взгляд на Женю.

Девушка улыбается. Слезы на ее глазах как-то разом высыхают, и улыбка становится не нежно-радостной, а насмехающейся.

— Планы поменялись.

Земля уходит из-под ног от догадки, что мелькает лишь на периферии, но от нее одной = становится нехорошо.

— Отдай Платона! — я рвусь вперед, запоздало понимая, что так легко попалась в ловушку.

Мне не дают сделать и шага. В шею впивается что-то острое и тонкое, и буквально через секунду тело становится слишком тяжелым. Ноги подкашиваются сами собой и, теряя сознание, я падаю в притоптанный снег, не успев даже добраться до ребенка. Женя бросает меня прямо среди деревьев, но я ползу следом. Кажется, что проходит огромное количество времени, что я борюсь с нечеловеческой слабостью невыносимо долго и я как минимум должна догнать их, но на деле я лишь вываливаюсь из сугроба на тротуар.

Последнее, что я вижу — то, как Женя садится в машину вместе с Платоном на руках и та срывается с места, увозя в неизвестность ребенка. Ребенка, которого я совсем недавно спасла, а сейчас сама принесла горе-мамаше, купившись на такой глупый спектакль и пожалев ее.

Силы покидают тело окончательно, и я проваливаюсь в темную поглощающую пустоту.

Марат

Новость о том, что охранника вместе с Полиной и пустой коляской нашли в парке, застает меня прямо в конференц-зале. Звук на телефоне обычно отключен, чтобы не отвлекаться во время доклада, но в этот раз я забыл о нем. Будто сама Вселенная решила понасмехаться, в который раз за короткое время оповестив, что мой сын снова пропал.

Я срываюсь домой сразу же, лечу по дороге на машине на немыслимой скорости, нарушая все правила, какие только можно. В голове только одно: это не может быть правдой. Не может быть, что Платон снова неизвестно где. Какого черта??! Как так вышло?! В этот раз вокруг должна была находиться охрана!

Именно охрана и получает выволочку первой, стоит только влететь на полной скорости сквозь едва успевшие открыться ворота. Парни оправдываются, но это смотрится нелепо. Здоровые лбы упустили ребенка! Все вылетят с волчьим билетом, только разыщу сына, и сразу сменю штат.

— Она сейчас в спальне, врач ее уже осмотрел, — докладывает Катерина сразу, когда я вхожу в дом, — врач сказал, что ей вкололи не одну дозу какой-то гадости, раз она до сих пор не может прийти в себя.

Я стискиваю крепче челюсть. Еще и Полина пострадала по моей вине. Нужно было запретить ей выходить за пределы участка, пока все не успокоится.

— Это опасно?

— Доктор взял кровь на анализ, но пока что предварительно сказал, что все хорошо, организм справляется. Он вколол ей что-то, но у девочки все равно не спадает жар. Вы… будьте с ней не таким строгим, — вдруг мягко просит Катерина.

Не успеваю я спросить, о чем это она, как меня окликает вошедший внутрь начальник охраны.

— Марат Маратович.

Игорь Семенович, отвечающий за всю безопасность семьи, нарывается на мой злой взгляд. Хочется схватить его за грудки и как следует встряхнуть, но это потом. Сейчас главное — новости о сыне.

— Есть что-нибудь?

— Да. Кое-что есть. Вам стоит взглянуть самому, — говорит Игорь и протягивает мне разблокированный смартфон, — это телефон Полины.

Я молча хмурюсь и быстро пролистываю короткий диалог. «Это Полина. Я выйду с Платоном гулять в парк возле дома в 18:30» — читаю я и на душе становится погано.