Книга Развод. Без права на любовь, страница 26 – Инга Бережная

Он аккуратно разжал мои пальцы и сказал спокойно:

— Нет.

Я замолчала, слезы текли по щекам, но по его суровому, мрачному лицу я видела, что умолять бесполезно. Не разрешит. По закону Маргарита — его дочь. Я для нее чужая. Вспыхнувшая вдруг надежда, что можно сделать анализ ДНК, доказать родство, моментально разлетелась на осколки. Саша не позволит никому к ней приблизиться.

Конечно, это изощренная месть за то, что я предала память его брата, вышла замуж за убийцу. Егор прав, заговор — дело рук Саши. Не понимала только зачем он спас меня, зачем обеспечивал уход в больнице, привез на квартиру. Неужели хотел продлить агонию? И смерти моего мальчика ему было мало?

Отодвинулась от него, вжалась в сидение, обняла себя руками и затихла. Не сойти с ума мне давала только слабая, призрачная надежда хотя бы еще раз увидеть дочь. Она жива — это самое главное. Моя девочка. Маргарита. Моя жемчужина.

Автомобиль остановился у элитной многоэтажки, где располагалась моя новая квартира. Хотя, кого я обманываю. Не моя. Сашина. У меня ничего нет, с каждым новым поворотом, с каждым новым километром, приближавшим меня к этому дому, даже надежда таяла, умирала. Мысль, что моя дочь жива, но мне нельзя ее увидеть. Просто увидеть. Убивала. Я будто лишилась ее снова. На несколько мгновений радость вспыхнула яркой вспышкой, но я не сразу поняла, что эта вспышка от ядерного взрыва, который испепелит меня, уничтожит. У меня не осталось сил, накатила такая слабость, что я не смогла открыть дверцу. Все ждали, что я выйду из машины и поплетусь к себе в квартиру, к себе… нет, не к себе. У меня нет дома. Наверняка слова Саши про компанию — обман. Очередная изощренная пытка. Деньгами он снова помашет передо мной, как морковкой перед осликом, заставив бежать в нужную ему сторону. Пока я не упаду, истекая кровью как той ночью. Только на этот раз он не будет меня спасать, к тому времени наверняка получит все, чего хочет. Месть. Я лишь инструмент.

Саша вышел из машины, подошел к дверце с моей стороны, открыл и подал мне руку. Я ничего не понимала, ничего не хотела. Во мне ничего не осталось, ни любви, ни ненависти, ни надежды. Из автомобиля выбралась сама, покачнулась едва не упав, голова кружилась, перед глазами все было, как в тумане. На Сашу не смотрела, поплелась к подъезду. Остановилась у двери, не могла вспомнить, где ключи от домофона и были ли они у меня вообще. Сумочки в руках не было и где ее оставила, я тоже не помнила. И не понимала, зачем открывать дверь, зачем куда-то идти, делать вид, что живая, хотя сама мертвая. Сашино «Нет» надорвало что-то во мне, перерезало ниточку, связывающую с миром и теперь я падала в пропасть.

— Лена, входи, — сказал Саша мягко. Я и не заметила, что как он открыл дверь. На подкашивающихся ногах вошла в подъезд, каждый шаг давался тяжело, будто к ногам привязали гири. В лифте инстинктивно отодвинулась от Саши дальше, вжалась в стенку кабины. Не хотела, чтобы он до меня дотрагивался, не хотела, чтобы он на меня смотрел, торжествуя, радуясь свершившейся мести.

В квартиру вошла, но остановилась в прихожей, не зная, куда дальше идти, что делать. Наверное, надо раздеться в пальто жарко. Но что, если Саша выгонит меня прямо сейчас? Кровь застыла в жилах, когда представила, что снова бреду по улице в одном платье на осеннем ветру.