Книга Бывшие. Без права выбора, страница 3 – Мия Герц

Тело помнило этот холод. И оно сжималось в спазме от предстоящей встречи. Пальцы сами потянулись к кнопке с максимальной цифрой. Где же ещё может быть кабинет генерального директора, как не на самом верху его стеклянной империи?

Двери медленно начали сходиться, отсекая меня от криков и приближающихся шагов. Я вжалась в стену кабины, и створки захлопнулись прямо перед его лицом. Я успела.

Коридор был пуст и гулко звенел тишиной. Секретарский стол покинут, и я пошла к единственной массивной двери в конце. Без единой мысли, без плана и с последней надеждой, я с силой толкнула дверь.

Я ворвалась в кабинет, едва не падая от натуги, и замерла на пороге. Просторное помещение с панорамным остеклением тонуло в полумраке. За массивным столом, освещённый лишь холодным светом монитора, сидел мужчина.

Он поднял голову. Сначала в его глазах мелькнуло обычное раздражение на внезапное вторжение. Но уже в следующее мгновение...

Зрачки резко сузились. Губы разом сомкнулись в тонкую ниточку. Рука непроизвольно сжала дорогую ручку так, что костяшки побелели.

— Ты? – произнёс он, и время остановилось.

Время не просто остановилось. Оно рухнуло, разбилось вдребезги о его холодный, ничего не выражающий взгляд. И в осколках этого разбитого времени я увидела его. Настоящего. Не того призрака, что жил в моей памяти, а живого, дышащего мужчину в трёх метрах от меня.

Чёрт возьми, он почти не изменился.

Шесть лет. Шесть долгих лет, а он будто подменил себя на идеальную копию, только... лучше. Взрослее. Строже. Черты лица, которые я когда-то изучала в полумраке нашей общей спальни, стали резче, скульптурнее. Тот же упрямый подбородок, те же губы, что умели так обжигающе улыбаться и так язвительно усмехаться. На мгновение меня ослепила эта физическая память тела – мои ладони всё ещё помнили тепло его кожи.

И тут же, словно опустилась стальная заслонка. Всё живое в его глазах погасло, вымерло, остался лишь плоский, леденящий свет. Он медленно поднялся из-за стола. Высокий, собранный, как хищник перед прыжком. Его движение было неестественно плавным, но по напряжению в его плечах я поняла: этот удар пришёлся точно в цель. Он не ожидал. Ничего не ожидал. И теперь его мозг лихорадочно искал подвох в моём появлении, а холодная маска едва успевала скрывать подлинное потрясение.

— Шесть лет, – наконец произнёс он, и в его голосе прозвучала тихая, опасная усмешка. – И вот так... без предупреждения. Ты всегда умела эффектно появляться.

Прежде чем я успела найти хоть какой-то ответ, в кабинет ворвались два запыхавшихся охранника.

— Максим Александрович, простите! Она проскочила... Сейчас мы её...

Один из них уже протянул руку, чтобы схватить меня за локоть, и у меня внутри всё сжалось в ледяной ком. Всё кончено. Сейчас меня вышвырнут на улицу, и последний шанс рухнет.

Я выпрямила спину, готовясь к унижению, к борьбе, к чему угодно.

Но Макс медленно поднял руку, останавливая охранника одним жестом. Его взгляд не отрывался от меня.

— Всё в порядке, – сказал он ровным, бесстрастным тоном, словно констатировал погоду. – Можете быть свободны.

Охранники замялись, обменявшись недоумёнными взглядами, но, молча ретировались, притворив за собой дверь. Щелчок замка прозвучал громче любого хлопка. Мы остались одни. В ловушке роскошного кабинета и нашего общего прошлого.