Книга Воплощение Похоти 6, страница 46 – Игорь Некрасов

И едва они успели перестроиться, как из всех окрестных переулков, из окон и дверей домов начали выплывать новые тени. Их было несколько десятков. Эти существа были меньше, чем умертвия, но зато их формы были ещё более призрачны и нестабильны.

В их руках не было кос — лишь длинные, острые, как бритва, теневые когти. Но в их бездонных глазницах горел голод, неистовая жажда поглощения. Они казались слабее, но их было много, и они окружали их, медленно сжимая кольцо, и пожирая своим присутствием свет и надежду.

Священный гнев, холодный и острый, как клинок, вытеснил леденящий ужас в душе Теодора. Он не дал себе ни секунды на раздумья, на панику. Пока его разум ещё хранил жуткий образ рассыпающегося в прах Кассиана, его воля уже была сконцентрирована в заклинании.

— Свят-доспе-укре-пи-ты-мфен! — его голос, хриплый после недавней схватки, прозвучал с новой, стальной силой.

От его нагрудника и плеч вспыхнул свет, будто внутри доспехов зажглось миниатюрное солнце. Золотистое сияние не слепило, а обволакивало его, сгущаясь в призрачные, переливающиеся пластины, накладывающиеся поверх стали.

— Кар-ающ-огни!

В ту же секунду его меч воспылал яростным, карающим золотым пламенем, в котором трепетала жажда справедливого возмездия.

Он не ждал атаки.

Он сделал шаг навстречу надвигающимся теням, его пылающий клинок описал в воздухе широкую дугу, и снопы ослепительных золотых искр полетели в сторону призрачных созданий. Тени завизжали, отшатываясь от священного пламени, которое прожигало их эфемерные формы.

Его пример стал сигналом. Вротослав, с лицом, окаменевшим от ярости и скорби, поднял свой меч.

— В строй! Кольцом! Защищайте раненого! — скомандовал он, и его голос был подобен удару молота о наковальню.

Паладины и инквизиторы, всего мгновение назад потрясенные гибелью товарища, мгновенно среагировали. Щиты сомкнулись, образуя сияющий барьер вокруг раненого брата, над которым продолжали трудиться паладины-послушники.

Их мечи вспыхивали священной энергией. Золотистое и серебристое сияние озарило площадь, оттесняя гнетущую тьму. Они больше не были застигнуты врасплох. Они были готовы. И в их глазах горел огонь мести.

* * *

Капец… — пронеслось в голове, когда я увидел, как группу паладинов окружили непонятные чудища, какие-то тени или призраки. Но тут мое внимание привлекло уведомление, и я на мгновение отвлекся.

Внимание! Был создан новый вид стража — боевой костяной голем (уникальный).

Боевой? — удивился я и тут же резко обернулся с предвкушением. — О-о! Блядь, да! У меня тут и своих чудищ хватает! Но! Позже! Позже проверю окно статуса нашего новобранца, а пока… — подумал я и, вернув взгляд к экрану, тут же записал в свой блокнотик новый тип врагов, встреченных паладинами, предварительно дав ему название: «Какая-то хрень».

За дверью в личные покои графа стоял ад, слышался оглушительный лязг стали, дикие крики, нечеловеческие вопли и тяжёлые, шаркающие шаги, доносившиеся из коридоров его же собственного замка.

В самих покоях, некогда сиявших роскошью, теперь царил хаос. Мебель была сдвинута к дверям, образуя неустойчивую баррикаду. Воздух в комнате, пропитанный запахом страха, пота и дыма, был густым и трудным для дыхания.

Сам граф сидел в глубоком кресле, сжимая в бессильных пальцах изящный церемониальный кинжал — жалкую пародию на оружие. Его руки тряслись, а в метре от его ног, лицом вниз, лежало тело молодой служанки в разорванном платье. Её голова была страшно разбита, а на паркете вокруг растекалось тёмное, липкое пятно.