Книга Воплощение Похоти 6, страница 81 – Игорь Некрасов

И в этот самый миг, прежде чем первое слово сорвалось с её губ, в самом сердце бушующего над ними ада что-то переменилось. Взоры всех, кто мог оторваться от боя, невольно устремились вверх.

Высоко над площадью, в лиловой мгле, разворачивалась погоня.

Дух Света — последнее воплощение Вротослава — не видел и не слышал битвы внизу. Всё его угасающее бытие, вся нерастраченная за долгую жизнь воля, сжатая теперь в ослепительный, недолговечный всплеск, была направлена на одну цель.

На тёмную, панически удирающую точку в небе — Сайлона.

Архилич метался в своём же тумане, как раненый зверь. Он швырял за собой всё, что мог: Сферы Разложения, Проклятия Скорби, ливни ледяных осколков. Но его тёмная магия, казалось, была бессильна перед олицетворением самого солнца. Она лишь шипела и рассыпалась, едва касаясь сияющего поля Духа, как ночная мгла перед первыми лучами.

Дух не уворачивался. Он не маневрировал. Он просто нёсся сквозь них, беззвучный и неумолимый. Он был олицетворённым приговором, и расстояние между палачом и приговорённым сокращалось с ужасающей, неотвратимой скоростью.

Чёрт возьми! — мысль, острая и паническая, пронзила разум Сайлона. — Я думал, они так уже не могут!

Древний инстинкт самосохранения, дремавший веками, ревел внутри него как никогда прежде. Он рванул вверх, в гущу собственного тумана, пытаясь увеличить дистанцию. В то же время его костлявые руки уже выписывали в воздухе руны, порождая новые проклятия и новые атакующие заклинания. Он швырял их вниз, в упорно приближающееся сияние, не надеясь убить — лишь замедлить, отвлечь, выиграть драгоценные мгновения.

Но это не работало.

Сферы, проклятья и всё остальное, соприкасаясь со световым полем Духа, гасли с тихим шипением, как угли в воде. Дух Света неуклонно преследовал его, поднимаясь по невидимой спирали вслед за ним, подобно хищной птице, не обращающей внимания на отвлекающие манёвры.

В отчаянии Сайлон дёрнул последние нити своей воли, отдавая приказы слугам, и несколько костяных големов, находившихся на окраинах площади, вместо того чтобы ломиться в строй паладинов, развернулись. Их костяные пальцы вцепились в ближайших пульсирующих зомби-бомб, что ждали своего часа.

Големы подняли тварей и, размахнувшись, швырнули их через головы своей же орды, прямо в самое сердце сомкнутого строя защитников. Чёрные, раздувающиеся тела понеслись по воздуху, подобно живым, уродливым ядрам.

На земле в это время кипел отчаянный бой.

Волны нежити, стягивавшиеся со всего города, продолжали смыкаться вокруг их истощённого клина. Щиты трещали под ударами, клинки тяжелели с каждым взмахом.

И именно в этот момент над их головами, перекрывая рёв битвы, послышался свист и противные, влажные хлопки.

— СВЕРХУ! — успел крикнуть кто-то, но «бомбы» уже начали падать в их ряды.

Один приземлился прямо перед щитовой стеной воинов света и тут же разорвался, выбросив облако едкого, лилового тлена. Доспехи, коснувшиеся скверны, покрылись язвами ржавчины, а один инквизитор, не успевший отпрянуть, вскрикнул — кожа на его лице начала сморщиваться и чернеть.

Другой упал прямо в середину строя. Раздался оглушительный, чавкающий взрыв, разбросав во все стороны клочья гниющей плоти и тёмной энергии. Несколько человек рухнули, охваченные судорогами, отравленные концентратом негативной энергии.