Книга Метла, страница 134 – Евгения Райнеш

— Ты что?! — удивился Клод, который все ещё стоял около картины, непроизвольно сжимая в руке ткань, покрывавшую её.

— Всё в порядке. Просто голова болит. Ладно, мне уже действительно пора. Зовут меня. А ты подумай лучше, как тебе дальше. Но выворачивайся сам, без Лёли. Понял?

Клод хотел что-то ещё сказать, но Соня развернулась и быстро ушла.

* * *

А Клод с тоской и одновременно надеждой посмотрел на захлопнувшуюся дверь, и сделал то, что всегда делал в таких ситуациях. Он напился.

Уже через пару часов перед ним на столе стояла пустая бутылка из-под коньяка, и Клод пристально всматривался в наполовину полный стакан. Когда его мир совсем поплыл из-под ног, Клод в очередной раз наконец-то понял про себя, что он на самом деле великий чувак. Тогда художник достал пакет с прахом манекена Этьена, чокнулся с ним и выпил коньяк из стакана.

Перед глазами у Клода всплыло отвращение, с которым Соня смотрела на дело всей его жизни. Он подошёл к окну, где в горшке жалобно засыхал цветок. Это ему напомнило о том, что Лёли больше не будет в его жизни. Цветок скоро умрёт совсем, потому что его некому поливать. Клод не собирался этого делать. Из какой-то непонятной ненависти к этому принесённому Лёлей цветку.

— Всем спасибо, все свободны! — в порыве пьяной истерики Клод откланялся горшку и высыпал в него прах.

— Да будет земля тебе цветочный горшком! Тьфу ты, пухом будет цветочный пепел... Нет, не так...

Он фыркнул на горшок, по подоконнику разметался пепел, перемешанный с землёй. Клод же сполз на корточки у окна и крепко заснул.

1

Дома спешащую к метле Соню ждал не очень приятный сюрприз в виде блудного мужа. Он выскочил в коридор на звук открывающейся двери, и стоял, радостно улыбаясь. «Совсем как Клод только что», — непроизвольно провела параллель Соня, заходя в квартиру, а вслух сказала:

— Вот же, тебя... Напугал. Чего забыл? Чистые носки кончились?

Сонин муж радостно ответствовал:

— Это и мой дом тоже. И не хочу я его делить, я же тебе говорил уже. Будем жить вместе, как раньше, а? Ты такая красивая стала — ух! Завлекательная.

Глаза его стали какие-то масленые и томные.

— Сексуальная, — почему-то облизываясь, произнёс он.

Соне на сегодня мужиков с проблемами хватило в избытке.

— Иди ты со своими сомнительными комплиментами, куда подальше, — сказала она, и прошлёпала в комнату, соображая, как его же выставить. Хотя бы на время взлёта.

Муж пошёл за ней, голос его приобрёл оттенок ревнивый и подозрительный:

— У тебя кто-то есть?

— Нет. Есть. Не знаю, — рассеянно бросила она.

Он попытался перегородить ей дорогу, но Соня глянула на него с таким выражением, что муж непроизвольно посторонился. В глазах его плюс к прошлой гамме чувств прибавилось восхищение:

— Ух, какая ты стала! Огонь! Просто прожгла взглядом.

Соня подумала, что муж её никогда не умел выражать свои чувства, и все эти несвойственные ему попытки выходят пошлыми.

— Жёнушка моя, — тут же, подтверждая её мысли, произнёс он.

— Руки убери, и мотай отсюда, — сказала она ему, уже раздражённо. — Дом нужен? Подавай на размен. Аривидерчи, чао, аста ла виста, лехитраот... Все, больше не знаю, как тебе сказать прощай.

Муж совершенно зашёлся от восторга:

— Соня, да откуда в тебе этот пыл?! Эта страсть?!