Книга Рыжий демон осенних потерь, страница 165 – Евгения Райнеш

— Лису вот ты зря выпустила, – только и сказал Мартын, когда я замолчала.

— А что мне было делать? Я думала, человек умирает. И это для тебя она безусловная лиса, а для меня все еще немного Марыся. Пусть и так себе человечек, но человечек же. Лучше скажи, Лейла… если так зовут этого ночного призрака… И если она была на самом деле, то кто такая Лейла? Красная Луна?

— Не знаю, – он покачал головой. – Я же охотник на лисиц, на нечисть мелкую, хоть и пакостливую. Твоя ситуация…

— Запутанная, да? – я отхлебнула чай, зачерпнула ложечкой прозрачного янтарного меда.

Мед до сих пор терпеть не могла, а тут, после жуткой горечи полынного отвара, которым меня до посинения пичкал Мартын, до скрежета зубов хотелось сладкого. Любого. Медовая капля приятно обволокла язык, покатилась по небу. Вкусно.

— И это тоже, – согласился Мартын с тем, что история, которая нависла надо мной и вот-вот грозится обрушиться на голову, да так, что и костей не соберешь, запутанная.

— Лисья живодерня, – продолжила я. – Затем, на этом месте случается трагедия с семьей Кейро, к которой я, как мне, кажется, принадлежу. Все это вместе может быть совпадением?

— Не думаю, – согласился Мартын. – Хотя я в этой жизни такого насмотрелся…

Он горестно махнул рукой, но развивать тему не стал. Загадочно промолчал.

— Потом на нашем безмятежном горизонте – а мы с Феликсом ни о чем этом и думать не думаем, знать не знаем – появляется древняя лиса Марыся, которая сначала стащила ребенка в ближайшей деревне, а затем – паспорт мертвой девушки. А за Марысей…

— За лисой появился я, – не без самолюбования сообщил Мартын.

— Я вообще-то имела в виду Лейлу, свою гипотетическую мать. Но ты, да, конечно, тоже. Но сегодня ночью призрак предполагаемой матери предлагал избавить меня от боли. И тут начинается самое ужасное, Мартын.

— Неужели? Тебе мало было до этого ужасов? – удивился он. – Если так, то ты самая смелая женщина из всех, кого я знаю.

— Спасибо, – кивнула я и тут же спохватилась, – а ты вообще много знаешь женщин?

— Ну, пять так точно, – он явно предпочел не развивать тему.

— Самое непонятное то, что я ее иррационально и до потери пульса боюсь. Нет, в самом деле, это какой-то глубинный нечеловеческий ужас.

— Думаю, тебе следует лучше поговорить обо всем с барменом из «Лаки», – вдруг ответил Мартын.

— С Эшером? – удивилась я. – А он-то…

— Всякие демоны, приходящие в ночи… Насколько мне известно, никто о них не знает больше, чем он.

— Мне бы не хотелось, чтобы кто-то еще, кроме тебя, узнал о моих видениях. По крайней мере, пока я не докопаюсь до истины происходящего.

Мартын прищурился, посмотрел меня каким-то слишком уж пронзительным взглядом:

— Особенно бармен из «Лаки», да? Ты… Относилась к Эшеру по-особенному?

Черт, только бы не покраснеть. Лисогон был прав. Странный человек – с виду грубый и неотесанный, а вот такие мелочи тонкие замечает…

Он улыбнулся:

— Я с Эшером уже черт знает сколько времени знаком. К нему бабы всегда липли.

Меня сначала перекорежила эта правда жизни, а потом я поняла главное:

— И как давно?

— Бабы?

— Да нет, – меня взяла досада. – Я про ваше знакомство.

— Да сказал же: черт знает сколько!

Мартын поднес кружку к губам и недовольно поморщился: пока я открывала перед ним почти все свои секреты, чай остыл.