Книга Рыжий демон осенних потерь, страница 180 – Евгения Райнеш

— Этот перепуганный щенок заныкался, сменил имя, будто демону есть нужда заглядывать в паспортные данные. Я вычислила, хотя пришлось потратить время и силы, вышла на тот убогий бар, который он открыл… Девочка, ты и не представляешь, что тебя ждет, – Марго зашлась хриплым каркающим смехом. – Демон никогда не забудет ни упущенную жертву, ни того, кто ее у него стащил… Долг на крови, милая овечка! Долг на крови!

Ребята Кондратьева выводили из квартиры трясущуюся то ли от смеха, то ли от рыданий старую женщину, Клим с непроницаемым выражением на лице отряхивал с себя невидимую грязь. Ощущение налипшей нечистоты чувствовала и я.

— Притворяется, – сказал он. – Мы, конечно, вызвали психбригаду, но поверь моей чуйке: эта Маргарита Семеновна по ясности ума даст нам всем большую фору.

— Актриса в ней погибла великая, – буркнул Кондратьев. – Но там, где надо, разберутся. Аль, ты как?

— Почти никак, – призналась я. – Ощущение, будто меня окунули в поломойное ведро с грязной водой, а потом выжали, не прополоскав. Нужно бы зайти к соседям, Серафимовичам, помнишь, я рассказывала? Спросить, как там мальчишки… Но у меня, кажется, совсем нет сил.

— Нормально мальчишки, – буркнул Никита. – О себе сейчас подумай.

— Она с самого первого взгляда поняла, кто я, – я устало прислонилась к обшарпанной подъездной стене. – И притащила к себе, выведать, насколько я в теме. Жаловалась на нехорошую квартиру, а сама смотрела на реакцию. Марго поняла, что я совершенно ничего не знаю. Что она собиралась делать дальше? Этот кошмар вовсе не был сном. – Я закрыла лицо руками. – Кит, Зачем ты меня сюда привез? Устроил бы встречу в отделении… У вас прекрасная допросная. Даже… – я продолжила с некоторым сомнением, что можно было принять за сарказм, – уютная.

Он взял меня за локоть и потащил вниз по лестнице. Я практически висела на нем, еле перебирая ногами. Этот подъезд сам по себе выпивал все мои соки, наверняка наверстывал упущенное за тридцать лет, пока я благополучно находилась вдали от этого «родного гнезда».

Кондратьев отпустил меня только, когда пикнул брелком машины, а заговорил – устроив на пассажирском сидении. Сам он сел за руль, что было в данной ситуации довольно разумно. Как и то, что он не стал распространяться о деле в подъезде, где за каждой дверью притаились навостренные уши.

— По большому счету не знаю, зачем ждал тебя и тянул с задержанием, – признался Кит. – Просто мне было важно, чтобы вы встретились именно здесь, а не в казенном кабинете. Для пронзительности момента, так сказать, эмоциональный фактор. Оно так и получилось. Марго неожиданно увидела тебя в своей квартире и сорвалась, иначе еще долго бы морочила нам голову. Иноземцев же так и не указал на нее, из улик – только мои догадки.

— А как ты вышел на нее? – я подняла на Кита взгляд.

— Сопоставив несопоставимое. Ты говорила, что встречалась с дочерью свидетельницы Серебряковой, а, судя по прописке, там никакой дочери не проживало. Кто-то из свидетелей вспомнил, что тридцать лет назад у Серебряковой случился выкидыш, возможно, как следствие перенесенного стресса от трагедии Кейро. Я сделал парочку запросов в медучреждения…В общем, тот ребенок умер, а никаких других у Серебряковой не было. Странно, да?

— Очень, – я вспомнила серые ясные глаза девушки Риты, нежный овал подбородка, приятные, хотя и простоватые черты лица, взволнованный рассказ о своих страхах. Мне стало как-то горько, словно только что потеряла довольно близкого человека. Рита Серебрякова мне нравилась, а вот Маргарита Семеновна – нет.