Книга Царь ледяной пустоши, страница 61 – Артур Гедеон

— Не обманули, – сказал Крымов. – Я родился много позже этой музычки, но мой папа обожал «итальянцев», как их все называли.

Они выбрали самый лучший столик у большого окна во всю стену, закрытого охристой шторой, отчего стол мерно золотился. Как всегда в таких случаях, Крымов и Кассандра оказались напротив Антона Антоновича.

— Заказывайте всего и побольше, – порекомендовал Крымов. – А я позвоню Катерине, скажу, где мы. – Он взглянул за окно и многозначительно заметил: – Это центральная улица, кстати. Кажется, Агафья по ней как раз и ходит. Дальше дом краеведа Суровцева будет.

Андрей взял трубку и стал набирать номер. Подошла официантка. Антон Антонович строго взглянул на нее и принялся методично перечислять: булочки такие и сякие, кофе, яичница и сосиски, салаты, соки, сметанка, кефирчик. «И рыбки, если можно, жареной, карасиков в сметане. У вас так написано. Когда ловили?» – «Вчера с бреднем ходили на зорьке, – ответила официантка. – Я не шучу – этим муж нашей заведующей занимается». – «Значит, свежачок, голуба?» – «Так точно, дедуля, они у нас еще на сковородке прыгают». Кассандра только один раз сумела вставить слово: «И клубники, девушка, со сливками». – «Без сливок, и клубника мелкая», – срезала та. «И три пустых стакана», – добавил Антон Антонович. – «Как скажете», – покачала головой официантка. «Стаканы – сразу, и бутылку лимонада», – бросил ей вслед Долгополов. «Какого?» – вполоборота спросила официантка. «Удиви меня, красавица! Чтобы век тебя помнил!» – «Хе! – только и услышали они ее ответ. – Во дает старикан!»

Долгополов поморщился:

— Театрализованный сервис!

— Да, Катерина, жду, – закончил разговор и дал отбой Крымов. – Ну что, будем пировать?

— Пировать не пировать, но отведаем, – сказал Долгополов. – Да, Касси?

— Да вы мне и слова сказать не дали. Только про клубнику и успела.

— Не бойся – и тебе яичница будет.

— Спасибо.

Официантка принесла стаканы и поставила перед гостями Синеборья бутылку лимонада «Буратино».

— О ней я и мечтал, милая, – миролюбиво изрек Антон Антонович.

— Вы чего-то прихватили, как я понимаю? – спросил Крымов, когда официантка ушла.

— Да, пол-литровую фляжку сливовой. – Долгополов взглянул на спутницу. – Касси, будешь с нами?

— Чего я буду?

— Бахнешь с нами? За компанию?

— С ума сошли? Я что, алкоголичка, по-вашему? – возмутилась Кассандра. – Ну, вообще.

— Я шучу, деточка. Шучу я.

— Ага, но стакан-то мне заказали.

— Формальная вежливость, девочка, – пояснил Долгополов. – Я же не хам какой-нибудь. Думал, ты тоже чуток болеешь с похмелья. Вон как на заднем дрыхла.

— Издеваетесь?

— Для «Буратино» я тебе стакан заказал, для «Буратино»!

— Хватит уже, Антон Антонович, – возмутилась журналистка. – Андрей вообще за рулем, – осуждающе кивнула на старшего друга Кассандра. – Ему зачем пить?

— Он взрослый, сам решит. И потом, мы вчера лишканули. Таких ужасов наслушались – надо было.

— Я решил: буду, – скромно сказал Крымов.

— Он решил, – подтвердил Антон Антонович и разлил ароматную наливку. – Будем? – Он поднял стакан.

— Будем, – сказал Крымов. – Чтобы гроза прошла стороной.

— Это вряд ли, – заметил Антон Антонович.

Они выпили. Пошло хорошо. Запили «Буратино». Приняли по второй. Скоро им принесли заказ; они только взялись за утренний пир, как в кафе влетела Катерина. Отыскала глазами гостей Синеборья, быстро подошла, сказала всем: «Здрасьте», – подумала, куда бы ей сесть, и опустилась рядом с Антоном Антоновичем, напротив Крымова.