Книга Дневник Дерека Драммона. История моей проклятой жизни, страница 145 – Кейтлин Эмилия Новак

Ну ладно, хватит любовной лирики, а то скоро, дневник, моя исповедь превратится в бульварный роман. Теперь о самом, так сказать, интересном. Случилось кое-что любопытное. Мэган вернулась не просто радостной, а воодушевленной. Причем не столько работой и всеми делами в Лондоне, сколько своим сном, увиденным накануне возвращения в Касл Мэл. Она рассказывала о нем с такой живостью и азартом, что даже не заметила, как у меня чуть глаза не выпали от ужаса.

А дело было так. В своем сновидении Мэган увидела Маргарет. Та шла впереди по вересковому полю – ускользающая, как дымка, фигура вдалеке. Затем, будто эхом, прозвучал голос: «Найди меня! Я знаю, как его спасти!» И, прежде чем исчезнуть за холмом, Маргарет бросила через плечо, в сторону Мэган, охапку полевых цветов.

Первым делом, конечно, я спросил, видела ли она ее лицо. Мэган ответила, что не видела, лишь разглядела голубую шляпку, защищающую голову от солнца. Я испытал облегчение: слава богу, не пришлось ей встретиться взглядом с самой собой. Но следом пришло другое чувство, которое я старательно пытался спрятать от самого себя. Откуда она знает про шляпку? Про ту самую – голубую, с узкими полями, которую носила Маргарет более века назад? Ни одного портрета с этим аксессуаром не существует, ни одной фотографии. Чем это может быть, если не воспоминанием? Это не совпадение, это деталь. А ведь именно в деталях кроется дьявол…

Я снова почувствовал, как шевелится прежнее подозрение. От него хотелось отмахнуться, но не получалось. А вдруг Мэган не просто внучатая племянница по крови, а та самая Маргарет, с той же душой. И вот он – ее зов, появляющийся во снах как код, который рано или поздно расшифруется…

Возможно, ее душа действительно раскаялась, и где-то в глубинах того, что называют памятью прошлых жизней, Маргарет ищет путь к искуплению. И все же неприятно думать, что она может снова встать между нами. Я ведь так надеялся, что они разные – два человека, две судьбы, две совершенно непохожие истории. Все это оставляет после себя осадок, который трудно проигнорировать.

Если допустить возможность такого поворота, тогда мне остается одно – простить Маргарет. Не ради нее, ради Мэган. Ради того, что между нами, ради будущего, которое не имеет никакого отношения к прошлому. Наше «сейчас» не должно платить по чужим счетам.

Получится ли простить – не знаю. Прощение, как известно, не кнопка в интерфейсе сознания, на которую можно нажать – и дело сделано. Но вот забыть содеянное ею я никогда не смогу – оно остается на совести Маргарет. Мэган здесь ни при чем. Я знаю: она бы так не поступила. Она не та, кто ломает другого ради мести. Хотя никогда не говори «никогда»… Женщины, доведенные до ярости, – это не просто шторм, это древняя стихия. И если в какой-то момент одна из них решит проклясть, убить или сжечь все дотла – ни в коем случае нельзя стоять у нее на пути с глупыми вопросами и попыткой логически объясниться. Лучше сразу прикинуться мертвым и не испытывать судьбу.

Ох уж эти женщины! Как без них спокойно и в то же время скучно живется. Вот и Мэган – вернулась, отдохнула и, пожалуйста, – занялась новообретенным предназначением. Мало того что она приняла сновидение всерьез, она еще и решила действовать без промедлений.