Книга Ведьма, страница 113 – Василиса Мельницкая

Глафира встретила нас с кипящим самоваром, и я поняла, что она знала о планах ведьмака и баронессы навестить нас с Венечкой в месте силы. И на стол уже накрыто: мед, сладости, нехитрое угощение. И для каждого приготовлена чашка. Ваня определенно помогал Глафире, а не осматривал окрестности.

Ой, всё. Надоело видеть во всем подвох. Ничего удивительного в том, что старшие тут распоряжаются. Это их территория. А я — ведьмочка неразумная, опасная для окружающих. Судя по взгляду баронессы, что я то и дело ловила на себе.

Главное дело сделано, проклятие снято. Теперь надо найти разумный предлог, чтобы уехать в город. Не собираюсь я здесь оставаться.

— А Мишка? — спохватилась я после третьей чашки чаю. — Он уже должен подъехать.

Я переоделась в безликое ведьмино платье, оставшееся тут за ненадобностью. Венечке помогли высохнуть. Глафира хлопотала у полки с травами и горшочками, выполняя указания баронессы. Ваня и Веня слушали рассказ ведьмака о полезных свойствах меда.

— Светлана его проводит, — сказала баронесса.

— Куда? Сюда? — удивилась я. И не выдержала. — А здесь у нас что за собрание? Чего еще я не знаю?

Баронесса взглянула на меня укоризненно, но ответить не успела, в избу заглянул Мишка.

— К вам можно? — поинтересовался он нарочито весело.

Тимофей Иванович поднялся.

— Пойдем-ка, прогуляемся, — сказал он Мишке. И добавил, повернувшись к баронессе: — Мы недолго.

— А нам в город пора возвращаться, — подскочила я. — Веня поможет Глаше убрать со стола, а я покажу Ване водопад. Миша освободится, и поедем.

Баронесса тихонько вздохнула.

— Лея… кхм… Алевтина Генриховна, — обратился к ней Тимофей Иванович. — Я экзамен принял. Ты и сама все видела.

Баронесса кивнула.

— Экзамен? — спросила я.

Тимофей Иванович хмыкнул и толкнул дверь. Мишка еще раньше скатился по ступенькам. Судя по его эмоциям — предвкушал беседу с учителем. Но я за друга больше не переживала. Тимофей Иванович не пылал праведным гневом, наоборот, был настроен миролюбиво.

— Тимофей Иванович сказал, что помог тебе получить силу, оставленную в наследство, — издалека начала баронесса.

— Да, — подтвердила я.

— Ты знаешь, что ее слишком мало, чтобы что-то изменить. Ты и без нее очень сильная ведьма.

И куда это она клонит? У меня тревожно засосало под ложечкой. Венечка заерзал, бросая взгляды в мою сторону. Я и забыла, что теперь он тоже меня чувствует.

— Алевтина Генриховна, простите, что перебиваю, — встряла Глафира. — Может, нам всем лучше выйти?

— Нет необходимости, — ответила она. — У вас же нет секретов друг от друга?

— Останьтесь, — попросила я.

— Яра, кто обучал тебя ведовству? — спросила баронесса. — Твой опекун не могла этого сделать. Она сама была необученной ведьмой.

— Никто, — ответила я. — То есть, Лариса Васильевна обучала, но простым вещам. Бытовым. Об основах говорила. Эм… о правилах. Например, рассказывала, чем опасен приворот.

Максимум правды, чтобы скрыть вранье. Венечка может почувствовать уловку. А баронесса? Ведьмы не эмпаты, но у них какие-то свои методы, они могут отличить правду от лжи.

— Допустим, — согласилась баронесса. — Все началось, когда ты сняла проклятие с того парня… Степана, кажется? Или раньше?

— Всё — это что? — уточнила я.

— До этого ты применяла только бытовое ведовство?