Книга Ведьма, страница 110 – Василиса Мельницкая

Венечка, сжав челюсти, буравил взглядом какую-то точку на горизонте. Разнообразия ради, в его эмоциях ясно ощущались растерянность и надежда. Интересно, скажет или нет, о чем они с ведьмаком говорили?

Глафиру, кажется, отчитали. Или сообщили ей что-то неприятное. Она не скрывала, что расстроена.

И поговорить бы с каждым… Но наедине. Пожалуй, только Ваня легко поделится подробностями своей беседы с баронессой. Однако тонкости борьбы с тлями — последнее, что меня сейчас интересует.

— Пойдемте, что ли? — предложила я, устроив Карамельку на плече. — Все не так плохо, учитывая, что могло быть и хуже.

— Хуже, это если бы нас отсюда в наручниках увели? — поинтересовался Венечка. — Вы с Бутурлиным чем думали, когда к местному ведьмаку за помощью обратились? Явно не головой!

— Веня, дорогой ты мой! — умилилась я. — Так и хочется тебя обнять!

— Издеваешься? — догадался он.

— Немного. Вообще, я рада, когда ты — это ты. Так оно как-то привычнее. Спокойнее, — пояснила я. — К тому же, тут ты прав. Я за соломинку хваталась, а могла бы и сообразить, чем это закончится. Кстати, Тимофей Иванович… Какой он? Ты же о нем что-то знаешь? Глаш, тебе тот же вопрос.

Мы шли уже знакомой ведьминой тропой. Я старалась казаться беспечной, хотя внутри все звенело от напряжения. Сильнее всего беспокоило Венечкино проклятие. А вдруг как не получится его снять? Вдруг не увижу, что я там накрутила? Других способов, кроме как тот, что использовала со Степаном, я не знала.

— Яра, ты меня ни с кем не перепутала? — язвительно осведомился Венечка. — Это Бутурлин в учениках у ведьмака ходил, не я. Или ты думаешь, Тимофей Иванович всех подряд на порог пускает? Мне и знать не полагалось о его существовании.

— Но ты знал? — уточнила я.

— Знал, что он существует, — ответил Венечка. — И всё. Меня с ним не знакомили. Даже как потенциального ученика не представляли.

Так, так… И тут есть какая-то обида? Уж не в ней ли истинная причина вражды двух мальчишек? Мишка игрушку сломал! А я и поверила.

— В определенном возрасте ведьмы представляют своих сыновей ведьмаку, — сказала Глафира, подтверждая мою догадку. — Среди них он выбирает тех, кто мог бы стать его учеником. Само собой, если ему нужен ученик. И если семья будущего ведьмака не против. Желающих обычно мало.

— Вень, а ты…

Я хотела спросить, хотел ли он стать учеником ведьмака, но меня перебили.

— Яра, я потом тебе все расскажу, хорошо? — попросил Венечка. — Это не секрет, просто… не сейчас. Пожалуйста.

Я вздохнула. Умеет же вежливо, когда хочет.

— Хорошо, — согласилась я. — Тимофей Иванович чего хотел? Это тоже позже?

— Ничего особенного, — ответил Венечка. — Отчитал за самонадеянность, велел отдать то, что осталось. Ну, там… свечи, мел… И следы мертвого мира убрал. Уверен, он Мишку для того же позвал.

— Следы убрать? — уточнила я, сделав вид, что не заметила оговорки.

Венечка назвал Мишку по имени. Определенно, это прогресс в их отношениях.

— И люлей отвесить, — ответила за Венечку Глафира. — Меня тоже ругали.

— Тебя за что? — спросила я. — Ты с нами мертвяков не поднимала.

— Вот именно, — фыркнула она. — Алевтина Генриховна сказала, что надеялась на меня, а я скрывала от нее твои авантюры. И поэтому ты чуть не погибла.

— Плохо следила, короче, — констатировал Венечка. — Так сама виновата. Не ту шпионить поставила.