Книга Тильда. Маяк на краю света, страница 161 – Кейт Андерсенн

Алисы след простыл. Я топнула ногой, взбешенная собственной сентиментальностью. Портит все! Именно поэтому мне противопоказано находиться рядом с Кастеллетом, хотя бы временно, пока я не справлюсь…

Я покосилась на шкуру с тоской. А под ней так хорошо… спалось. И мягко, и уютно… Особенно если без одежды. Ни за что больше.

Я собрала волосы, натянула свитер, заглянула в зеркало: Чак успел нанести слизь только на тот шрам, что на щеке, я ожесточенно принялась за височный.

Куда весомее, чем проблемы глупостей безответной любви, прозвучали слова про скорость, курс, широту и свечение камня и горизонта, про верчение стрелки компаса. А еще… появление внутренних демонов, которое вряд ли случайно, несмотря на то, что сирены никогда не были замечены в холодных водах. Они не агрессивны, но за этим явно стоит некий умысел. Следует оставаться настороже: в этом путешествии случилось многое, что никогда прежде не бывало замечено.

Возможно, стоит поговорить с Кастеллетом. Что, если уж мы друзья… пусть не… разжигает во мне ненужных чувств. Слишком много поставлено на карту, чтобы… он прав. Чтобы пришлось еще от него бегать. Понимаю — подтрунивать и переходить границы это стиль его жизни, но… для друга он ведь может постараться?

Я пролезла головой в дырку широкого серапе и шмыгнула в наконец свободную дверь. Сначала — достать Аврору. Почему-то мне показалось это первоочередным делом, учитывая, что у нее там «ерунда» и «переволновалась».

Неотступно крепло ощущение, что штиль в душе случился только у меня за составлением учебника и страданиями над вновь обретенным сиротством, а вот темная лошадка «светлейшество» и поседевшее «темнейшество» явно общались: теперь даже о женах судачат между делами. Аврора со своими занятиями психосознательности успела достичь успеха, правда, стащив идею буллинга я уже знаю откуда. Опять же — налицо сотрудничество с мужем. И только я практически безрезультатно предавалась печалям, тоске и одиночеству.

Говорю же: эта влюбленность — роковой порок, который просто необходимо вырвать с корнем. Стыдно, но и факт… остается фактом.

Меня учили, что факты важнее всего прочего.

В конце концов, сиротой я была бОльшую часть жизни, так что нет смысла проживать это еще раз. Родители погибли почти так же, как мы думали. Просто теперь я куда яснее понимаю, какими были их последние минуты, сколько им пришлось пережить… Но я взрослая, я переживу. Ничего нельзя было изменить. Их давно нет, они больше не страдают.

А будем ли страдать мы… покажет время. Мы просто можем тоже сделать все возможное.

Дверь я нашла без труда. Постучалась.

— Ро!

Внутри тишина. А потом кашель. Из щели тянуло пряными нотками цитрусового. «Переволновалась».

— Ро! Это я!

Упорная тишина. Но, кажется, я услышала снова кашель и шуршание. Налегла на дверь. Закрыта на ключ.

— Аврорик! У тебя все в порядке?

Через мгновение я услышала ответ почти стариковским голосом:

— Заболела.

Я сузила глаза.

— Открой.

Промелькнула мысль, что странный недуг Фарра, выразившийся седине, передался жене, и сейчас я увижу Аврору старухой. Старик успел уверить, что это ничего страшного, только резкая остановка выработки меланина, но вдруг он ошибся?..

Сердце стучало как сумасшедшее. Я нарушаю все режимы и вместе с тем… я так сокрушительно жива.