Книга Тильда. Маяк на краю света, страница 201 – Кейт Андерсенн

— Я с вами, — будто уяснив это дело, поднялся Дрок. — На «Искателе» оно того… спокойней. Мне в другой мир не надо. А вдруг затянет?..

Король Тириан неожиданно тоже поднялся.

— И я пойду. От греха подальше. Я хочу еще увидеть дочь. Я с тобой, капитан Вайд.

Я посмотрела на Чака. Он на меня.

— Остаемся, трусишка? — шепнул он мне в ухо.

Я кивнула. Это странный мир туманов, гейзеров, холмов и ягеля. Похожий на сказку. И если мы можем остаться в нем и воспользоваться случайно свалившейся на голову вечностью… Конечно, я за. Прямо-таки детский восторг всколыхнуло во мне это предложение. Ну их, этих взрослых. Пусть решают нерешаемые проблемы, а для нас они на время перестанут существовать.

— Айда, присмотри, — велел ШурИк и первый исчез за холмом.

А вот это неожиданно… Мы, как школяры, застыли перед строгим взглядом белого медведя.

* * *

— Думаешь, она рассердится, если мы будем целоваться? — спросил Кастеллет.

Я толкнула его в бок локтем.

— Я рассержусь. Тебе бы только целоваться!

— А тебе что?

— А мне… окрестности посмотреть. Гейзерную воду изучить. Грибов собрать домой хотела… Посадить…

— Ну, да. Научный трактат. Я и забыл.

Айда подошла поближе, я прижалась к Чаку. Медведица понюхала мой свитер. Мы стояли, ни живы, ни мертвы.

— Темнейшество ее гладил по голове, — сказал Чак. — И ничего ему за это не было.

— Вот и попробуй.

Мы протянули ладони одновременно. Шерсть у Айды была жесткая, короткая. И… неожиданно приятно теплая. Теперь замерла медведица.

— Вот видишь, — сказал Чак, улыбаясь и переплетая свои пальцы с моими.

— Так я чего… я ничего.

— А медведя ты исследовать не можешь?

Его голос почти умолял. Мне сделалось смешно. «Исследовать медведя». Мы расхохотались, Айда неожиданно лизнула шершавым языком наши сплетенные пальцы. И улеглась на наших ногах.

— Даже Айда тебе говорит: стой и не дергайся, — сообщили мне и собрались поцеловать.

Я выскользнула ужом, смеясь, отбежала на пару шагов. Просто, чтоб подразниться. Чак принял игру, погнался за мной. Айда потрусила следом, весело поревывая. Мы носились вокруг холма втроем, собирали ягель, искали гейзеры и напились минеральной воды, странно приятно забурлившей в желудке, собрали хвороста…

Солнце на севере садится быстро: сумерки свалились на долину сквозь туман и резко его… рассеяли. Стало ощутимо холоднее, а на бархатном небе появились звезды.

В итоге мы молча привалились к теплой спине довольного медведя напротив костра, накрылись своими плащами. Я перебирала пальцами шерсть Айды — это успокаивало. Чак перебирал мои волосы. Мы смотрели звездам в глаза, а звезды смотрели нам в души.

— Думаешь, они вернутся завтра? — спросила я, прижимаясь к его плечу.

Чак мотнул головой, задевая мой висок подбородком. Айда дышала мерно и шумно. Спала.

— Темнейшество вряд ли позволит кому-то спать, пока заря в опасности. Риньи дал ей несколько дней. Один уже на исходе… Так что нам стоит поспать. Неизвестно, когда будет такая минута спокойствия в следующий раз. Давай, трусишка, — он нежно коснулся губами моего лба, — спать.

Я поворочалась по спине Айды в его объятиях, устраиваясь удобнее для сна. Зевнула. Наверное…

— У нас ведь все получится, правда? Как думаешь?

— Конечно, получится. Даже не смей верить в иное, трусишка. Может, и этот смотритель что-то знает. Не бередь завтрашнего, пока не закончилось сегодняшнее.